Читаем Саддам Хусейн полностью

Для Бакра и Саддама евреи были очень удобными «козлами отпущения», которые давали им возможность доказать свою преданность делу панарабизма и таким образом узаконить свой режим в глазах своих сторонников, не вступая в настоящую конфронтацию с Израилем. Когда в декабре 1968 года израильские самолеты разбомбили иракские войска, базирующиеся в Иордании как часть арабского «восточного фронта» против Израиля, убив 16 человек и ранив вдвое больше, президент Бакр настраивал толпу, собравшуюся на площади Свободы, против Израиля и евреев. Обещая «ударить железным кулаком» по этим «эксплуататорам и представителям пятой колонны», Бакр время от времени делал паузу, как бы для того, чтобы узнать мнение своих слушателей. «Смерть шпионам!» – раздался громовой ответ. Это желание было исполнено в виде страшных виселиц в январе 1969 года – к негодованию остального мира. На международные протесты по поводу того, что убийство было мотивировано национальной и религиозной дискриминацией, иракские власти возразили, заявив, что все осужденные мусульмане, евреи и христиане были казнены одинаково.

Действительно, как будет продемонстрировано два десятилетия спустя казнью британского журналиста иранского происхождения Фарсада Базофта по обвинению в шпионаже, охота Саддама на ведьм в виде «шпионов» и «заговорщиков», казалось, только усиливалась от западных протестов. Призывы к терпимости от видных людей мира, например, от генерального секретаря Организации Объединенных Наций, лишний раз провоцировали Хусейна казнить людей с еще большей энергией: в феврале 1969 года было казнено еще семь человек, а через два месяца – еще четырнадцать. Как и в январе, власти агитировали население присутствовать при казнях, и жуткие сцены, происходившие в центре Багдада, были выразительно описаны британским журналистом:

«В день повешения полиция фактически отдала центральный Багдад на восемь часов юнцам. Под руководством партийных комиссаров Баас они воздвигли виселицы на клумбах, патрулируя ближайшие дороги, взяли под контроль десятки тысяч наблюдателей и крикливо требовали новых казней. У каждого из трех военных среди казнимых были повязки на лодыжках или запястьях; по форме суставов было видно, что они сломаны».

Однако большинство казней в феврале и марте происходили в южном городе Басра (преимущественно шиитское сообщество – около иракской границы) с явной целью послать прямое предупреждение и шиитскому сообществу, и иранскому шаху, который в то время увеличивал свое давление на режим Баас в попытке утвердить гегемонию Ирана в Персидском заливе. Чистки стали не только средством подавления внутренней оппозиции, но и подходящим элементом внешней политики. Действительно, 21 января 1970 года иракские службы безопасности заявили, что они раскрыли антиправительственный заговор, поддерживаемый «Ираном, ЦРУ и сионистами». Упомянутый заговор включал несколько десятков человек из военного персонала и возглавлялся якобы двумя отставными старшими офицерами: Абделем Гани аль-Рави, протеже братьев Ареф, и полковником Салихом Махди аль-Самарраи, бывшим военным атташе иракского посольства в Бейруте во времена монархии. Согласно официальным данным, заговорщики организовали «ударные бригады», чтобы убивать партийных и правительственных деятелей. Час икс был намечен на 10 часов вечера 20 января, но большинство заговорщиков было арестовано заранее. А дело начиналось так. Приблизительно 50 вооруженных людей во главе с аль-Самарраи, решили отправиться в президентский дворец. Как только они достигли своей цели, ворота распахнулись и, беспрепятственно войдя, группа направилась в большой зал. Пока они раздумывали, что делать дальше, двери раскрылись, и в зал вошел Саддам в сопровождении нескольких офицеров. Заговорщики без сопротивления сдались, поняв, что их заманили в ловушку.

В тот же день, когда Багдад объявил о разоблачении заговора, специальный суд под председательством капитана Тахи Ясина аль-Джазрави (Рамадана), члена СРК и близкого соратника Саддама, включающий саддамовского палача Надима Каззара, был созван, чтобы судить заговорщиков. Тридцать семь офицеров были приговорены к смерти за попытку свергнуть правительство и были казнены оружием, которое они якобы получили от иранских служб безопасности. Еще пятнадцать человек были брошены в тюрьму. Смертный приговор был также вынесен сосланному премьер-министру Найифу, который якобы организовал этот заговор «по указке иностранных элементов». Иракское правительство приказало иранскому послу покинуть Багдад в 24 часа. Иранские консульства в Багдаде, Кербеле и Басре были закрыты, а несколько иранцев, проживающих в стране, были спешно депортированы.