Читаем Сад Учителя полностью

— Дитя! — Учитель положил руку мне на голову. — Не волнуйся. Ты уже получила это право присутствовать возле Нас, и это место твоё. Но Я хочу обратить твоё внимание на серьёзность совершаемого, на глубину твоего искания. Ты должна помнить о том, чем и кем ты должна быть и почему Мы приблизили тебя. И должна никогда не забывать про это. Иди с миром! Придёшь ко мне сегодня в пять часов с половиной перед вечерней молитвой.

И Учитель отпустил меня.

День. 17 часов 30 минут.

Долго не могла сосредоточиться. Делала усилия, но ничего не видела. Наконец голос внутри меня сказал с силой: «Смотри!» И я сразу увидела себя идущей к домику Учителя и Его терраску. Только всё это было очень маленькое, как на далёком экране. Потом, когда я стала подниматься на терраску, всё выросло до нормальных размеров. Учитель сидел в кресле. Он подозвал меня к Себе, и я села на скамеечку у Его ног.

Учитель сидел, облокотившись локтями о колени, слегка нагнувшись вперёд, и задумчиво смотрел на розовеющие вдали вершины гор.

— Я люблю этот час вечера, час тишины и покоя, — сказал Он. — Как важно иметь светлое и гармоничное окружение вокруг себя. Как больно бывает ставить человека в те условия, где нежный росток сердца не может окрепнуть. И зато какая радость, когда есть возможность дать такое окружение любви, мира, понимания и духовной близости. Мы решили дать тебе такое окружение. Карма твоя позволяет это. Поэтому не противься и не предавайся смятению, но прими всё благостно. Не противься воле Нашей! Прими Наше благословение!

И Учитель благословил меня.

— Иди, — сказал Он, — Я тоже сейчас приду на общую молитву.

6 часов. Молитва.

Все уже были в Саду, на площадке роз. Вскоре пришёл Учитель и произнёс молитву:

— О, Владыка сердец наших! Да пребудет Твоё имя неизреченное благословенно от века и до века.

— Аминь! — ответили мы.

— О, Владыка сердец наших! Дай нам узреть Свет, зажжённый Тобой в нашей сокровенной глубине. И дай нам постижение величия Твоего.

Все:

— Аминь!

— О, Владыка сердец наших! Благословляя миры, благослови и сердца наши и даруй нам силы прозрения, дабы творить волю Твою.

— Аминь! — закончили мы.

— Идите с миром, дети Мои.

20 сентября.

Подошла к терраске. Учитель сходил с неё.

— Идём в беседку, — сказал Он.

Я следовала за Учителем, держась немного позади. В беседке Учитель положил на стол принесённые с Собой бумаги и перья, опустился на скамью и указал мне место возле Него.

— Вот книжечка, раскрой её и прочти Мне вслух.

Я раскрыла и прочла:

1. Мужество и бодрость, сочетаясь, рождают энергию.

2. Надо терпеливо и часто погружаться мыслями в глубину сердца, чтобы утвердиться в нём.

3. Имея в сердце «дар счастья», надо уметь не замыкаться в нём, но надо суметь направить это счастье, как лучи, вокруг себя. Мир и тишину всем дарую.

На этом заканчивалась коротенькая главка.

— Хорошо, — сказал Учитель, — закрой книжечку. Мы теперь будем с тобой каждый раз читать по такой коротенькой главке. А сейчас бери бумагу и пиши то, что Я тебе продиктую.

Всем, всем, всем!

Те, кто ищут к Нам приблизиться, должны пройти через большое усилие сердца и многие испытания. Но, приблизившись, они поймут, что это только ещё вехи, через которые надлежит перешагнуть и идти дальше. Длинна лестница славы, ведущая к Престолу Единого, и нет на пути успокоения тому, кто горит жаждой слияния с Единственным.

— Всё.

Учитель взял у меня написанное, сжал в комочек, подбросил в воздух, и всё уплыло, превратившись в розоватое облачко. Учитель положил руку мне на голову:

— Пребудь в мире сердца. Не печалься. Верь Мне. И будь покойна.

И Учитель, благословив, отпустил меня.

День. 12 часов.

Я стояла в Саду и чувствовала смятение в сердце, потому что я всё видела как в тумане, пока ко мне не подошла Анита и не взяла меня за руку:

— Что с тобой? Ты чем-то расстроена? Пойдём на молитву.

Я вдруг всё стала видеть ясно, и мы пошли на молитву к площадке роз.

— Ах, Анита! Я не знаю, что со мной… Во мне такое волнение, и хочется плакать какими-то внутренними слезами.

— Люди иногда так плачут перед большим счастьем, — сказала серьёзно Анита.

— Ах, лучше никогда бы не плакать, ни перед счастьем, ни перед несчастьем, — ответила я.

На площадку вышел Учитель.

— Мир вам, братья! Пребудьте с душой чуткой, с сердцем чистым и с умом возвышенным.