Читаем «Сад» растёт сам?.. полностью

Для рассматриваемой нами проблематики характера управления на Руси в 989 — 1988 гг. учение об общественно-экономических формациях и переходе от одних формаций к другим под воздействием развития производительных сил общества — имеет значение только в одном аспекте: родоплеменной толпо-“элитаризм” объективно не совместим с технико-техноло­ги­чес­кой цивилизацией, основанной на коллективном разнородном труде и профессионализме, и нуждающейся в предельно высоком качестве управления во всех сферах жизни общества как на микро-, так и на макро- уровнях. Об этом говорилось ранее в разделе 3.3.2, и это необходимо помнить для того, чтобы осознавать специфику толпо-“элитаризма” на Руси и адекватно оценивать его перспективы.

Для понимания специфики толпо-“элитаризма” на Руси необходимо вникать в проблематику нравов, мировоззрения, организации психики — личностной и коллективных, выражающихся в этике людей — в их поведении. Социальные группы могут разграничиваться на основе именно такого подхода к их типологизации, которая в силу взаимосвязей статистик «функции, выполняемые в общественном объединении труда» — «необходимые для выполнения этих функций организация психики, мировоззрение, нравы» — во многом, но не во всём, будет совпадать с классовым подходом «мраксизма». Такого рода взаимосвязи статистик в марксизме обозначались словами «классовое сознание», «классовая мораль» и т.п.[246] Однако совпадение структуры общества, выявляемой на основе политико-экономического (классового) подхода, со структурой, выявляемой на основе организационно-психологического подхода, не во всём будет полным:

·    каким-то подмножествам (а не только индивидам) в составе классов не будут свойственны характерная для данного класса психические особенности — «классовая мораль», «классовое сознание», хотя по всем политико-экономическим признакам это будут типичные представители своих классов (иначе говоря, они будут психологически своеобразной подгруппой внутри класса, выделяемого в обществе по политико-экономическим признакам);

·    наряду с этим какие-то другие психологические типажи будут статистически значимо представлены в нескольких политико-экономических классах одновременно.

Если сопоставлять толпо-“элитаризм” на Руси в его историческом развитии с толпо-“элита­ризмом” США, то принципиальное его отличие от США в том, что предъистория Руси с началом эпохи толпо-“элитаризма” не была обнулена, в силу чего оказывала и продолжает оказывать своё воздействие на жизнь и перспективы нашего общества. Это обстоятельство выразилось в специфике всех социальных групп сложившихся в обществе в процессе перехода к толпо-“элитар­ному” укладу и выделяемых на основе организационно-психологического подхода.

·    “Элита” на Руси сложилась на основе княжеско-боярской профессиональной корпорации. В состав “элиты” также вошли наиболее богатые представители купечества, духовенство РПЦ с уровня выше приходских священников и священники наиболее богатых и «престижных» приходов. Кроме них в “элиту” вошла та часть наследников докрещенского знахарства, которой было всё равно, на основе какого именно вероучения и эгрегориальной системы[247] заниматься выпасом подвластной толпы. “Элита” в таком её составе узурпировала сферу управления на профессиональной основе. Её представителями двигала убеждённость «мы — лучше, чем они, и потому имеем право на то, о чём они не должны даже мечтать…».[248]

·    Тягловый люд — простонародье, занятое вне сферы управления. Это — крестьяне, ремесленники, мелкое купечество, — те, чья деятельность не обеспечивала богатства, кто платил налоги (подати), а не жил и действовал на основе финансирования, источником которого были налоги (подати), собираемые с других. К этой группе можно отнести и рядовых дружинников — профессиональных воинов, хотя при этом надо отметить, что в случае отличия в боях и успехов в интригах у них были шансы войти в состав “элиты”.

·    Как и во всех толпо-“элитарных” социальных системах появился статистически значимый слой «отбросов общества» — всевозможные нищие («голь перекатная»), деклассированные элементы, профессиональные разбойники и воры.

·    Перешедшая на конспиративное положение часть знахарства, не принявшая библейские культ и вероучение, сохранившая приверженность различным ветвям докрещенских вероучений и магическим практикам на их основе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука
1939: последние недели мира.
1939: последние недели мира.

Отстоять мир – нет более важной задачи в международном плане для нашей партии, нашего народа, да и для всего человечества, отметил Л.И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. Огромное значение для мобилизации прогрессивных сил на борьбу за упрочение мира и избавление народов от угрозы ядерной катастрофы имеет изучение причин возникновения второй мировой войны. Она подготовлялась империалистами всех стран и была развязана фашистской Германией.Известный ученый-международник, доктор исторических наук И. Овсяный на основе в прошлом совершенно секретных документов империалистических правительств и их разведок, обширной мемуарной литературы рассказывает в художественно-документальных очерках о сложных политических интригах буржуазной дипломатии в последние недели мира, которые во многом способствовали развязыванию второй мировой войны.

Игорь Дмитриевич Овсяный

История / Политика / Образование и наука