Читаем Рывок в будущее полностью

Рывок в будущее

– На проблемах. Пётр, прости, но мы не готовы к открытию университета.

Вот тоже мне новость.

– В чём проблема? Только, прошу тебя, как друга, давай без фантазий типа «во всём». Ты бы не приехал ко мне, если бы не имел своего видения решения.

– Деньги и кадры. Студиозусы в первую очередь. Охочих-то, да разумных, и так, со всей страны везем. Но, сколько их возьмёшь на казённый кошт? Ассигнований нет толком. А богатая публика особо учиться не хочет. Как, минимум у нас. И в России вообще.

Пожимаю плечами.

– Только в деньгах вопрос?

– Не только, – вздыхает Михайло, – немало способных, но, малограмотны они. Сразу Университет не потянут.

– Эка невидаль, ты же сам этот путь прошел.

– Вот и хочу, чтобы учёба их, как у меня, надолго не затягивалась.

– Что предлагаешь? – смотрю на Ломоносова.

Он вздыхает.

– Школу бы какую для взрослых измыслить, чтобы мы могли там учить, а то, прости, не все как я, не готовы сидеть с малышами.

– Так, тебя же не это не остановило, Михайло?

– Меня да, но многим уже самим семью кормить, – досадует ректор, – даже на казённый кошт они учёбу с работой не потянут.

Да, вопрос. Нам нужны специалисты. Как можно скорей. И если с азов начинать, то до выпуска лет десять ждать придётся. А вот взрослые охотники, даже малограмотные, года за два-три в той же механике разберутся.

– Давай сделаем так, Миш, – решаюсь я, – посмотри сколько у тебя таких набирается, подумай кем они могут работать в университете или на наших предприятиях, и организуй вечерние подготовительные курсы, а потом вечерний факультет, денежку на их работу тебе казна выделяет, или я, допустим. В разумных пределах, понятно. Ну, если у кого будет с семьёй там совсем туго, то и жену его куда прими. Мало ли работы в наших пенатах. Хоть и полы мыть. Тоже деньги в семью. Даром деньги не раздавай. Я против такого. Со своей стороны, могу пособить продуктовыми пайками со своего хозяйства здесь. Обсчитай всё, – завершаю тему, – не шикуй, но и не скупись, включи и то, что этих по взрослой пайке хотя бы вечером кормить надо. Будущий учёный, как и художник, должен быть голодным. Это верное утверждение. Но, не до полуобморочного состояния и чтоб дети его не грызли подоконник от голода.

Михайло подобрел. Ему то детине двухметровому приходилось детскими порциями довольствоваться когда-то.

Потяну ли сие? Матушка денег не даст. Это моё баловство. Мои фабрики и мануфактуры только стали давать рост. Мои крепостные деревни под Москвой и Петербургом не давали столько наличности, чтобы я вот просто так мог выдернуть. Сумма, конечно, небольшая, но внеплановая. Их же там будет не два студента. Или переносить открытие «рабфака» на год, пока я не поднакоплю «жирка». А не хотелось бы, раз уж затеялся раньше плана. Повёлся на уговоры Ломоносова на свою голову. Знал же, что ещё год нужен.

– Ты только всё продумай, и не спеши, – остужаю порыв Ломоносова, – до начала занятий на дневном две недели, а вечерний мы можем и в октябре открыть, как раз и лаборатории поспеют.

Ректор кивает головой. Грустит. Но, довольная улыбка у него не сходит с лица. Ничего, вот сейчас ещё супруга моя его запросы проредит.

– Здравствуй, Миша.

Ломоносов тут же перешёл на немецкий.

– Здравствуй, Лина.

Они расцеловались.

– Как дома?

– Всё, хорошо, Лин, спасибо. Лиза передавала тебе привет.

– О, спасибо. Ей тоже.

– Передам.

– Отобедаешь с нами?

– С удовольствием.

Лина дала распоряжения и вновь вернулась к нашему гостю.

– С чем к нам?

– Денег хочу.

Моя жена лишь улыбнулась.

– Неожиданно. На балет, наверное?

– А на что же ещё. Только на балет. И башню хочу построить. До неба. Чтоб красиво было. И все чтоб завидовали. И солдата внизу. При орудии. Чтоб все знали, что обязательно надо завидовать сему факту.

Лина поглядела на меня.

– Бредит Миша? Что хочет? Переведи на нормальный язык.

Пожимаю плечами.

– Денег. На университет. И студиозусы голодные. Я пока не видел смету расходов. Уверен, что Миша не стал скромничать. Как, впрочем, и всегда.

Взгляд на Ломоносова. Тот зачастил:

– Лина, все бумаги есть. Пётр не пожелал их пока смотреть.

Усмехаюсь.

– Ну, ты ещё моей жене на меня пожалуйся.

– Возражаю! Я о науке и образовании пекусь!

– Ага. Исключительно. А то верну я тебя обратно в Итальянский Дворец и будешь там колбы мыть.

Кивок.

– И это тоже. Эх, душно мне!