Читаем Русское поле экспериментов полностью

Сияньем южным вылились на узловатой привязи

На загрубевшей простыни окаменевшей гордости

Сквозь узенькое горлышко из ледяной соломинки

Вытягиваем бережно последние глотки

По ситцевому берегу на каблуках отчаяния

По свежему преданию на выгруженных саночках

По теплому загару источившимся ножом

Вершат дороги странники чужого обещания

Изъезженных параметров прочитанной любви

Гремучие серебряным аккордом украшения

Разубдят обитателей заброшенных палат

Взорвется откровением случайное объятие

Сорвет со стен разводы отсыревших потолков

Отпетой ветром скорости внезапным раскаянием

Простуженные сумерки прольются ожиданием

На страны, зачумленные болотной красотой

Наивные созвездия за медицинской ширмою

Накроет покрывалом мой безвременный уход.

1987

* * *

Волки сыты — овцы целы

Долго красным светом по живым глазам

Дыры по бокам трубы — флейта

Зеленка на царапину — во сне выпадет свежий 'снег

В середине дыра под проволокой — гитара

Полдень — желтые шторы светофора

Четверть утра обратно по ступенькам бредет спать

Стельки смяты, ноги босы

Гол сокол — с двора на кол

Зеркала осколки вон из избы, забор высок

Ворам отпер да дом на слом

Кость вкось в горле горлицы

Мягкое нежное кресло — да ну!

Протравленные волосы сухою травою стелятся

Длинные песни поют к зиме, стало быть

Устала выть в трубе вьюга

Не смогла вырваться из дыр божественным звуком,

стуком в окна подставить руки

Горстями под окурки, горелые спички, смятые бумажки

и пепел отходы производства бессонных ночей.

Добрее волчица серая — больше овечек убьет для деток

Охотник ли пристрелит, вожак ли стаи растерзает -

виновата будешь

В степном снежном вечере правда сотнями желтых огоньков

светится да вьется криком в опрокинутых санях.

Пожар погасить — огонь убить

А стрела мимо — держать ответ перед снайперским полком на утренней линейке

Молись, грешник, да на часы просматривай

не опоздай на свидание под гитарным перебором

Эх, придется углы срезать по живой траве

Вырастет новая — лето нынче буйное

А к концу ноября — другой коленкор

Снова собирать брошенных котят по вокзалам

Почти стянуло полынью вогнутой линзой

Спите, окуни, у берега теперь пусто

А если кто высунется подышать к проруби,

Увидит одинокий ящик на середине реки,

Забытую рукавицу да следы наискосок

Вышивайте, жены, крестиком по тонкому полотну

Толкуйте, бабушки сны чужим внучкам…

1987

* * *

Ударение на слоге выше прописной строки

Мишка, спрятанный в берлоге, вам напишет от руки

Ночь под лесом так спокойна, так проста его постель

Равнодушна, как подушка, монотонна, как свирель

Свежесорванного утром календарного листка

Старовыеденных формул о строении желтка

Растворимый серый ежик, что от крепла был рожден

Собирался в гости к другу, да метлою он сметен

Вместе с грустными сверчками и обрывками стихов

Вместе е нотными значками и колонией бычков

Подхватили, закружили и сложили в уголок

Поразмыслив, вокруг кучи очертил квадрат мелок

Встали стенки, села крыша, прилегло к двери крыльцо

У оконца ежик пишет другу Мише письмецо:

Миша, может будет буря, может рухнет потолок

Может, зря я растерялся, затерявшись в уголок

Может, завтра будет лето, вторник выйдет за средой

Может, камень обернется родниковою водой…

1987

ХОЛОДИЛЬНИК

(сказка-картинка)

В холодном зале мы смотрим кино.

Ледяной экран из толстого белого инея замораживает наши разноцветные глаза. Мои были теплые, темные, когда я пришла в этот кинотеатр. Теперь они сверкают яркой зеленью и нестерпимо блестят под пушистыми снежными ресницами. Мы смотрим разные цветные картинки одну за другой, и чем больше застывают наши глаза, тем они интересней и красочней.

Заходят новые люди, от них идет пар и мы кричим на них и машем руками, потому как под их теплыми тусклыми взглядами изображение теряет отчетливость и краски, но их глаза быстро покрываются льдом и все встает на свои места. Вот только один ворвался однажды и уставился на экран обжигающими лучами. Он чуть было все не испортил, он постоянно отогревал лицо маленькой зажигалкой, и от этого мы все едва не лишились нашей забавы.

Пришлось связать ему руки и поставить перед глазами огромную льдинку, которая таяла все медленней, а он все тише кричал, что еще немножко — и растает иней, и мы выйдем на улицу и отогреемся на солнце…

Теперь он сидит в первом ряду и показывает нам самые яркие и красивые картинки.

1987

* * *

Грязь моя такая неведомая, такая невинная

Скажите, что же сегодня по телевизору

А телевизор будешь смотреть козленочком станешь

На сколько хватит терпи, коза

Рожки сточатся капустки дадим

А пока рой копытцем канавку любить-то хочется

Злая она козла полюбишь, когда вода из берегов

пойдет кровью темной с пальцев, содранных струнами

У Русалочки из хвоста ножки сделала фея

Добра хотела злою ведьмой оказалась

Да неужто на всю жизнь — спросите лекаря ночного случайного

Как так и будильник вроде вовремя звонит

Полночь, а стрелки врозь — не сойтись им никак

По самый шиворот ворох шуршит бумаги клочьями

По чистому писанных, не между строк да наискось

Сверху красным карандашом

Авансом получи сполна — хорош задаток?

Птица райская с картошкою жареной

Крылья — твои, взамен на рога.