Читаем Русский Царь Батый полностью

Заметьте, что внуки Чингиса воспитывались в уважении к христианской вере. Батый, кстати, был одним из внуков. Верил ли сам Чингис-хан в Христа? Некоторые источники утверждают, что Чингис-хан был шаманистом. Дело не в том, какой религиозной концепции придерживался вождь Монгольской империи, а в том, что он прекрасно понимал значимость религии, христианства в частности, в жизни общества и это понимание передал своим наследникам.

Из недавней истории мы помним пример товарища Сталина, который даже шаманистом не был, но представлял из себя заядлого атеиста и тем не менее в 1943 году остановил коммунистические гонения на православную церковь. Вынужден был остановить.

Но опять возвратимся к монголам. «Это отметил еще Рашид-ад-Дин: „Многие роды поставляли величие и достоинство в том, что относили себя к татарам и стали известны под их именем, подобно тому, как найманы, джалаиры, онгуты, кераиты и другие племена, которые имели каждое свое определенное имя, называли себя монголами из желания перенести на себя славу последних; потомки же этих родов возомнили себя издревле носящими это имя, чего в действительности не было“ (Л. Н. Гумилев, „Древняя Русь и Великая степь“).

Служить в могольской армии было почетно и выгодно даже на рядовых должностях. Поэтому булгары и половцы, проходившие службу в рядах ордынского войска, могли взять на себя могучее имя «татары». Одни получились казанские, другие крымские. А вот найманы, кераиты, джалаиры, онгуты и некоторые другие претендовали на высшие места в иерархии Монгольской империи и соответственно именовали себя «монголами».

«Монгольский историк Санан-Сэчэн приписывает ему (Чингисхану. – К. П.) следующие слова, сказанные на том же курултае 1206 г.: „Этот народ биде (монголы. – Э. Хара-Даван), который, несмотря на все страдания и опасности, которым я подвергался, с храбростью, упорством и приверженностью примкнул ко мне, который, с равнодушием перенося радость и горе, умножал мои силы, – я хочу, чтобы этот, подобный благородному горному хрусталю, народ биде, который во всякой опасности оказывал мне глубочайшую верность, вплоть до достижения цели моих стремлений, носил имя „кеке-монгол“ и был самым первым из всех, живущих на земле!“ „С этих пор, – прибавляет Санан-Сэчэн, – народ этот (численность которого при Чингисхане достигла 400 000 душ (Та же цифра встречается у Гумилева – К. П.)) – получил название кеке-монгол“ (Эренжен Хара-Даван, „Чингисхан как полководец и его наследие“, http://www.kulichki.com).

В общем случае можно обоснованно утверждать, что термин «монгол» («могол») есть политический термин, означающий сторонников Чингисхана. То есть термин «монголы», возможно, имеет этническое происхождение и в начале своего существования обозначал определенную группу племен. Затем в процессе завоеваний и территориальных присоединений руководство союзных к монголам племен стало пополнять ряды имперского руководства, и термин «монголы» стал обозначать политическую партию сторонников Чингисхана и впоследствии – Чингизидов. Подобно тому как существовали в Византии политические партии «венеты» и «прасины», в Италии «гвельфы» и «гибеллины», в Англии «тори» и «виги».

Еще один факт из родословной Чингисхана, который пригодится впоследствии, – учебник «История России» под ред. А. Н. Сахарова сообщает следующее: «В конце 50-х – начале 60-х гг. XII в. одному из монгольских вождей Есугею из племени тайчиутов (тайджиутов – К. П.) удалось объединить под своей властью большинство монгольских племен. В его семье родился старший сын Тэмучэн, будущий Чингисхан».

Что же касается татар, то в Европе их называли «tartars». Данное название весьма красноречиво указывает на их совершенно инфернальное, по мнению европейцев, происхождение. «Дабы не была вечной радость смертных, дабы не пребывали долго в мирском веселии без стенаний, в тот год люд сатанинский проклятый, а именно бесчисленные полчища тартар, внезапно появился из местности своей, окруженной горами; и пробившись сквозь монолитность недвижных камней, выйдя наподобие демонов, освобожденных из Тартара (почему и названы тартарами, будто „[выходцы] из Тартара“)…» (Матфей Парижский, «Великая хроника», http://www.vostlit.info).

16 апреля 1245 г. один из основателей ордена францисканцев, Джованни де Плано Карпини, направленный папой Иннокентием IV, покинул Лион, отправился в Монголию и вернулся осенью 1247 г. Отчет о сделанных наблюдениях создавался в течение всего пребывания Карпини на чужбине. Уже в ноябре 1247 г. первая редакция книги была готова. Назначенный архиепископом в Антивари Карпини умер там между 1248 и 1252 гг. (точная дата не установлена), успев до этого завершить вторую, более полную редакцию своего сочинения. Уже само название книги говорит о многом – «История монголов, именуемых нами татарами».