Читаем Русский фронтир полностью

Я медленно выдохнул и разжал кулаки. Ногти оставили следы на коже ладоней. Пираты не звонят. Наемники из частных военных компаний тоже.

Над терминалами, сместив в сторону карту системы, вспыхнул голографический экран. На нем горел зеленый значок в виде тарелки ретранслятора и надпись «Связь установлена». Мгновение спустя их сменило изображение человека. На незнакомце был темно-синий мундир с позолоченными пуговицами. На правой стороне груди висело несколько наград. Я узнал «Холодный кинжал» и «Морехода бездны» – обе небоевые, за службу в глубоком космосе. Британец. Вторые после нас в деле космопроходчества. Постоянно дышащие нам в спину и подгоняемые наступающими им на пятки американцами, японцами и китайцами.

Мужчина слегка поклонился, соблюдая правила новобританского этикета, и одарил нас той мерзкой улыбкой, которая словно говорит: «Я лучше вас во всем, плебеи».

– Добрый день, джентльмены, – начал он.

Звук слегка запаздывал, и беззвучно открытый рот делал англичанина похожим на рыбу, выброшенную на берег.

– Меня зовут Бенджамин Честертон. Я капитан Военно-Космического Флота Его Величества Короля Эдуарда Девятого.

Левый глаз британского офицера заменял выдающийся вперед цилиндрический визор, постоянно менявший фокусировку. Расходившиеся от него электроды образовывали цепь тонких золотых полос, вьющуюся по всему лицу Честертона. Еще несколько разъемов выступало из-под напудренного парика. Я знал, что он нужен, для того чтобы скрывать металлические детали, выступающие из черепа. Британия и Америка допускали аугментацию головного мозга, и это иногда приводило к весьма пугающим результатам.

– Капитан Василий Милорадович, – сварливым тоном произнес наш старик, держа спину прямо. – Императорский Космофлот. Что вам угодно, молодой человек?

Я усмехнулся. Британский офицер годился мне в отцы, но с высоты прожитых лет наш командир мог позволить себе позлить незваного гостя подобным обращением. Негодование англичанина было очевидным, но он лишь кашлянул и продолжил:

– Я рад поприветствовать моих дорогих коллег, космопроходцев из славной Российской…

– Что вам угодно, господин Честертон? – повторил Милорадович, прерывая увещевания британца. – Вы претендуете на планету? Если да, то приступим к процедуре, если же нет, то, при всем моем уважении, мы можем поболтать в другой раз. Ястребы и драконы уже, без сомнения, спешат сюда, и я не собираюсь отдавать им этот мир.

Я кивнул. Американские и китайские первооткрыватели. Всегда рядом словно тени. Готовы в последний момент выскочить из гипера и украсть приз прямо у вас из-под носа. «Ничего личного, гайз! Просто бизнес!»

Англичанин вздрогнул, затем презрительно вздернул нос.

– Совершенно верно, капитан Мило-ээ-Радович. У нас у обоих нет времени на праздные разговоры. Да, мы претендуем на эту планету. Этот мир должен принадлежать Британской Короне, и я уполномочен закрепить английское владычество над этой территорией. Поэтому я покорнейше прошу вас отступить сейчас же и не мешать мне.

Долгую секунду Милорадович смотрел прямо в глаза британцу, видимо ожидая, что он шутит. Затем капитан усмехнулся и покачал головой.

– Знаете, сэээээр, – с заметной издевкой в голосе протянул Василий. – Это все было бы, конечно, чудесно и, скорее всего, сработало бы. Если бы не одно «но». Я вынужден обратиться к своду законов космической экспансии, а конкретно к самому первому правилу.

На лице британца не дрогнул ни один мускул, но я видел по глазам, какую ненависть в этот момент он испытал. Я почувствовал, что, как и наш капитан, ухмыляюсь.

Первое правило… Не совсем точное название. На самом деле мы называли его «Золотым правилом первооткрывателя миров», а наши зарубежные коллеги, в подражание Азимову, «Тремя Законами космической экспансии». Они были введены в конце XXI века как раз таки для решения подобных ситуаций. Тогда просто наконец стало очевидно, что решение споров о принадлежности новооткрытой планеты силой оружия лишь превращает подходящие для колонизации миры в куски голого камня. Потому человечество и разработало свод законов, сводившийся к старому, доброму принципу: «Кто первый встал, того и тапки».

Я вновь усмехнулся, припомнив точное определение из учебника: «Экспансия ведется исключительно мирными методами, на соревновательной основе, с равными правами для всех участников и возможностями, основанными на их техническом уровне». Весь трюк заключался именно в последней строчке – космическая гонка возглавлялась самыми технологически развитыми державами, а остальные были вынуждены плестись в хвосте и лишь собирать объедки со стола. К счастью, научный прогресс в Российской империи позволял нам тягаться с нашими заокеанскими конкурентами.