Читаем Русская Ницца полностью

История появления Архангело-Михайловской церкви в Каннах такова. В 1886 году одна из постоянных жительниц города, жена местного землевладельца Александра Феодоровна Трипе (урожденная Скрипицына), устроила при своей вилле «Александра» небольшую церковь, куда время от времени для совершения служб приезжал русский священник из Ниццы. Более регулярно здесь начали совершаться службы с 1889 года, после приезда в Канны Великой княжны Анастасии Михайловны. Госпожа Трипе-Скрипицына любезно предложила русской колонии свою церковь, но ее небольшое здание оказалось не в состоянии вмещать всех желавших помолиться.

Нужда в более обширном православном храме с каждым годом становилась все очевиднее. Ввиду этого духовник Великой княжны Анастасии Михайловны протоиерей Григорий Остроумов в 1893 году обратился к проживавшему уже несколько сезонов в Каннах Великому князю Михаилу Михайловичу с просьбой о содействии в строительстве здесь нового, более обширного храма. Великий князь очень сочувственно отнесся к идее протоиерея Остроумова и с присущей ему энергией занялся осуществлением этого благого начинания. Немедленно под его личным председательством был составлен строительный комитет (в него вошли князь С. М. Голицын, князь Ю. Д. Урусов и др.), некоторые члены которого, кроме уже данных ими пожертвований на построение храма, обязались вносить в течение десяти лет каждый ежегодно по 250 франков в обеспечение содержания храма; а госпожа Трипе-Скрипицына предложила в дар под церковь участок земли в 1750 кв. м, расположенный в одном из лучших кварталов города.

В 1894 году с благословения митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Палладия протоиереем Остроумовым был начат сбор денежных пожертвований на построение церкви. Сбор этот увенчался успехом совершенно неожиданным: через два месяца строительный комитет уже располагал суммой в 60 000 франков. В результате 23 апреля 1894 года была совершена закладка храма.

^{Канны. Здание муниципалитета}

Строил храм французский архитектор Луи Нуво под непосредственным и постоянным наблюдением протоиерея Остроумова. Дело шло так успешно, что к середине ноября того же 1894 года храм вместимостью 400 человек был построен, а 22 ноября было совершено его торжественное освящение. Городской муниципалитет, в полном составе присутствовавший при освящении, в память этого торжественного события постановил переименовать бульвар, на котором был построен русский храм, из Нотр-Дам-дэ-Пэн (Notre-Dame des Pins) в бульвар Александра III.

Члены императорской семьи и многие состоятельные лица, подолгу проживавшие в Каннах, подарили храму хоругви, церковную утварь, напрестольный крест, драгоценное Евангелие, множество икон и мраморный иконостас. Два года спустя Иван Елагин построил на свои средства колокольню и дал семь колоколов для нее.

Под храмом помещается довольно обширный склеп, где находятся гробницы целого ряда известных людей: протоиерея Григория Остроумова,[8] так много потрудившегося на его создании, князя П. А. Ольденбургского (он умер в 1924 году), Великих князей Николая Николаевича и Петра Николаевича и т. д.

Интересно отметить, что в 2007 году русский художник Иван Славинский, проживший более десяти лет на Западе и вернувшийся в Россию, получил благословение настоятеля русской православной и зарубежной церкви на роспись Архангело-Михайловского храма в Каннах, который на сегодняшний день нуждается в капитальном ремонте и восстановлении.

* * *

Но вернемся к вдовствующей императрице Александре Федоровне. Напрасно западные дипломаты пытались найти тайную подоплеку в ее визите в Ниццу. И действительно, намеки на то, что Александр II отправил свою больную мать вести переговоры с враждебно настроенным сардинским королем, могут вызывать лишь недоумение.

С другой стороны, трудно было поверить и в то, что Александра Федоровна, считавшая сардинцев косвенными виновниками смерти своего мужа, рассчитывала встретить на Ривьере теплый прием и приятную компанию. Тем более что эти места всегда считались здравницей для британской аристократии, к которой у русского двора после окончания Крымской войны также имелись немалые счеты.

И все-таки не только о здоровье внука и своем собственном пеклась Александра Федоровна, затевая «десант» в район Ниццы. Для российской короны она присматривала здесь не просто заграничный зимний курорт.

Вдовствующая императрица и почти четыреста человек ее свиты прибыли в Ниццу осенью 1856 года, то есть незадолго до начала зимнего сезона, и арендовали практически все наемное жилье в городе.