Читаем Рунные витражи полностью

Мой дом стоял на самой окраине селения, где был виден горизонт и поутру поднималось солнце. От бездонной пучины меня отделял лишь бревенчатый пол, и по ночам, лежа на матраце, набитом водорослями, я слушал океан. Водяное дерево привозили на парусных лодках торговцы из Саргасс. Один из них по наказу Капитана – не знаю, сколько и чего Капитан ему обещал – никак собственную дочь в жены – тайно добыл росток, но дерево не прижилось в наших краях, а тот торговец больше не возвращался.

«Ты не боишься кракенов?» – спрашивала Сюзи, когда приходила ко мне со своим рыжим котом на руках.

Она не ступала на мостик, ведущий к дому, – приличной девушке нельзя приходить к мужчине до замужества.

«Нет, – отвечал я, – не боюсь».

Одного из них, правда, совсем молодого – не более трех метров длиной – я убил гарпуном. На груди до сих пор остались шрамы от его присосок и крючьев. Кракен обхватил меня щупальцами, когда я вытягивал сеть, и стащил в воду. А потом мы лежали на досках под солнцем – я, израненный, залитый кровью, и пронзенный гарпуном дохлый монстр. Просоленные куски его мяса долго сохли на солнце. Пищи хватило на всё время ураганов.

«Ты храбрый», – говорила Сюзи, тиская своего Рыжика.

Глаза кота напоминали глаза моей Ундины. Конечно, Сюзи тоже была красивой, но она не любила океан так сильно, как я. А с Ундиной мы любовались восходом и слушали ночные песни – она не боялась оставаться в доме одинокого мужчины.

А я не боялся кракенов. Но был еще «Левиафан» – железный корабль, собирающий всё на своем пути. О нем с ужасом рассказывали торговцы древесиной, хотя что в их историях было правдой, а что вымыслом, оставалось загадкой. Говорили, что «Левиафан» – это не корабль, а целое скопление судов, соединенных щупальцами Великого Кре. Все корабли, попадающиеся ему на пути – парусные шлюпки торговцев с Саргасс, несуразные плоскодонные черепахи желтолицых, стальные дредноуты воинов с запада – все без разбора становились его пленниками.

Однажды поздним вечером я увидел на горизонте зеленые вспышки. Они расцветали в воздухе падающими звездами, словно фейерверки желтолицых.

– Кре, – сказала сидящая рядом со мной Ундина, указывая на них пальцем.

Когда я был маленьким, случился такой же зеленый звездопад. Тогда я нашел упавшую звезду. Я смутно вспоминаю зеленый шар, качающийся на воде у моего дома, помню исходящее от него тепло. Что стало с ним? Мне кажется, что шар растворился в моих руках, слился с телом, но, возможно, это лишь плод воображения. Но говорят, что с тех пор я стал странным – предпочитал в одиночестве любоваться океаном вместо общения со сверстниками. Меня манила неизведанная даль. Я знал, что рано или поздно уйду туда, где восходит солнце и куда уплывают русалки перед временем ураганов.

Может быть, поэтому Капитан не разрешал Сюзи приходить ко мне.

Спустя неделю после новых зеленых вспышек возле селения появились посланцы Великого Кре – несколько стальных кораблей, в которых приплыли закованные в металл люди. Об их приближении рассказывали русалки, но я не убежал, как остальные мужчины. Они пытались спастись в глубине поселка. Что стало с ними и с Сюзи – я не знаю, лишь несколько людей из моего селения оказались в одном со мной трюме в чреве «Левиафана». Меня схватили одним из первых. Наверное, я сам хотел быть рядом с Великим Кре.

«Глупо» – по-человечески пожала плечами Ундина. Из «Левиафана» нельзя убежать.

– Смотри, – однажды сказал Мастер Ё.

Мы сидели в темноте барака, его жилистая рука нащупала мою и вложила в ладонь дергающийся живой кусок металла. Я почувствовал уколы острых лап.

– Это сверчок, я поймал его неделю назад, – прошептал Мастер Ё.

Подобные дикие автоматоны обитают в трюме «Левиафана». Большие и маленькие, они скрываются в темных углах корабля и собирают металл, подчиняясь вложенным в их механические программаторы командам. По одним слухам, они воспроизводят сами себя, по другим – автоматонов до сих пор создает безумный механик. Иногда до нас доносились выстрелы драгунов, зачищавших трюмы от этой нечисти. Но «Левиафан» слишком велик, в лабиринтах его трюма много неизученных областей, в которых легко укрыться и где без следа пропадают закованные в сталь воины. Так сказал Мастер Ё. Но если хочешь сбежать – надо перебраться на крайние корабли и угнать один из них.

«Откуда ты знаешь?» – спрашивал я, но Мастер Ё лишь таинственно усмехался.

– Я изменил программатор сверчка, – одними губами произнес он. – Теперь автоматон сможет открыть замок.

– Ты умеешь программировать?! – едва не вскрикнул я, но Мастер Ё закрыл мой рот рукой.

– Дождемся удобного момента, – прошептал он. – Пойдешь со мной?

Я отчаянно, словно боясь, что Мастер Ё передумает, закивал.

Но всё произошло совсем не так, как мы планировали. Незадолго до перерыва раздался глухой удар, пол вздрогнул, тело Желтого приподнялось, словно плененный торговец с востока был всё еще жив. Обшивка под ним вспучилась, разорвалась, из дыры вырвались клубы пара и высунулась большая металлическая клешня.