Бродя по городу, он с интересом наблюдал за тем, как живут обычные стамра. Отказавшись от предложения купить сахарных яблок, он заинтересовался большим скоплением людей на рыночной площади. Пробиваясь сквозь неповоротливую толпу, он приближался к владельцу слабого, осипшего голоса. Наконец пробравшись вперёд, ни разу никому не наступив на ногу, в самом центре образовавшегося круга он увидел старика. Он был бос и одет в лохмотья, прикрывавшие его тощее, сухое тело. Длинная седая борода, на которую прицепился мусор и остатки предыдущей трапезы, доставала до живота. Он сидел на земле, а рядом с ним лежала старая шляпа, в которой поблескивали монетки. Старец говорил негромко и отчётливо.

— Он переродился, он — среди нас. Он вернётся, и принесёт смерть всем, кто откажется от него!

Несколько разочарованных зрителей махнули на него рукой и пошли прочь, и вскоре за ними потянулись и остальные; кто-то плюнул на землю и начал браниться. Писклявый мужской голос громко потребовал, чтобы стража выволокла безумца за пределы города, но никто этого делать не собирался.

— Как «почтенно» стамра относятся к старшему поколению, — подумал Ричард. Мгновение спустя он ощутил на плече чью-то ладонь и резко обернулся, возмущённый подобной наглостью.

— Э…ты чего? — бородатый мужичок отшатнулся, встретившись с пронзительным, леденящим кровь взглядом. — Прости, если обидел — вижу ты не отсюда. Я, это, хотел сказать, чтобы не слушал ты его: старик, так сказать, умом тронулся, тут уж ничего не попишешь.

— Благодарю, добрый человек.

Ричард постарался посмотреть на него мягче, но тот спешно извинился за беспокойство и ушёл.

Когда слушатели разошлись, старик замолчал. Он долго глядел в небо, а после начал покачиваться и что-то бормотать. Резко замерев, с ошарашенным выражением на морщинистом лице он вытянул ладонь в сторону Ричарда, с интересом за ним наблюдающего.

— Ты! — громко воскликнул он и тяжело кашлянул несколько раз: каждое слово давалось ему с трудом. — Подойти ко мне.

Не колеблясь ни секунды, рыжеволосый приблизился. Сев на уровне старика, он принялся рассматривать смуглое лицо, которое изначально показалось ему знакомым. И только в последнюю очередь он обратил внимание на белёсые, слепые глаза. Старик тут же ухватил его за руку и притянул к себе ещё ближе, и Ричард едва терпел исходящую от него вонь.

— Ты не тот, за кого себя выдаёшь, — прошептал он. Хоть белая пелена и застилала его глаза, Ричард был уверен, что он видит гораздо больше, чем обычный человек. — Ты, Ментор, служишь не тому господину!

— Откуда ты, старик, знаешь, кому я служу?

— Тише, — воскликнул он шёпотом и, опасливо озираясь по сторонам, сжал руку так сильно, как мог. — Он близко. Он вернётся, но никто не узнает его. И если хочешь изменить свою судьбу, тебе придётся служить ему! Скоро…Совсем скоро, когда кругом окажутся безумцы, когда маски спадут, когда они…отнимут…Тебе придётся выбрать…

Он застыл с раскрытым ртом. На удивление, все зубы были на месте и в отличном состоянии. Ричард смотрел на старика с минуту, а когда тот начал раскачиваться и бормотать что-то невнятное, взял за плечи, попытался поднять и поставить на ноги. Старик в ужасе взвизгнул, отскочил и упал на землю, задев шляпу ногой. Медяки звонко рассыпались и разлетелись, и тот принялся шарить по земле грязными, покрытыми синяками и ссадинами руками.

Ментор быстро собрал монеты обратно. Докинув сверху три золотых, он молча вручил шляпу старику и двинулся к ближайшему трактиру, пребывая в смятении. По пути он пожалел о своём поступке: давать деньги было бессмысленно. Не потому, что Ричард был жаден — он слишком поздно подумал о том, что отнять деньги у слепого старика — проще простого, и навряд ли кто-либо будет этому препятствовать. На полпути он обернулся на площадь. Вокруг по-прежнему спешили по своим делам люди, проезжали телеги и повозки. Старика в лохмотьях не было нигде.

Глава 11

Был октябрь. Жизнь шла своим чередом: каждое утро люди спешили на работу или учёбу, встречались с родными и близкими; ходили в кино, в музеи и театры, посещали вечеринки или проводили свободное время дома. Когда наступал вечер, влюблённых пар становилось больше и они гуляли, держась за руки. Деми сидела у окна в своей комнате и наблюдала за тем, как молодой парень дарил своей девушке пышный букет роз. Раньше подобная картина заставила бы её улыбнуться, однако, с каждым днём, проведённым в Руимо, она всё больше отдалялась от прежней реальности, и та стремительно теряла краски. Жизнь вне мира снов всё больше казалась странной, непонятной, и такой медленной и скучной…Деми никогда бы не подумала, что изменится всего за две недели.