Внезапная жгучая боль в груди заставила её согнуться; когда она распространилась и на тело, Деми краем глаза заметила, что вены на руках вылезли от напряжения и почернели. С трудом она доковыляла до ближайшей лавочки, надеясь, что сейчас никому не взбредёт в голову прогуляться у фонтана.
— Как больно, — подумала она, обхватив колени руками.
— А я не говорил, что изменения пройдут легко, — сказал Атарегам. — Ещё немного, терпи.
Когда боль утихла, она с облегчением расправила плечи и глубоко вдохнула.
— Я наблюдал за тобой во время тренировок и намеренно не вмешивался, — начал он, и голос его приобретал ироничную интонацию. — Я поражён, до глубины души! Какое упорство, стойкость, какое нежелание шевелить извилинами! Однако, усилиями твоей наставницы, скоро всё же освоишь пару заклинаний.
— Любишь ты насмехаться, — она фыркнула и насупилась. — Мог бы и подсказать хоть раз!
— Ты не просила.
— А если попрошу?
— Предложу кое-что интересное.
Почувствовав, что Деми заинтересована предложением, он продолжил.
— У тебя неплохая наставница — и с терпением, и с интуицией. Но ты — бездарность! Однако, я могу научить тебя кое-чему за оставшиеся несколько часов: если задержимся, могут заподозрить неладное. Для этого нам понадобится оружие.
Атарегам всегда особенно выделял такие слова, как «нам», «мы» и прочие, отчего Деми становилось жутко.
— Пока меня устраивает твоё предложение, но ты, кажется, недоговариваешь.
— Мы на несколько часов покинем Золотой город.
— Это возможно?
— Возможно, если доверишься мне.
— Вот теперь звучит паршиво.
Они быстро отыскали оружейный склад. Выждав момент и проскользнув мимо задремавшего стражника, Деми, стараясь не шуметь и ничего не опрокинуть, выбирала оружие.
Здесь были луки с колчанами, полными стрел; тяжёлые и маленькие арбалеты, копья, алебарды, топоры и булавы, но выбор она сделала в пользу клинков. Выбрав себе два (Атарегам настоял, чтобы к простому короткому мечу она взяла полуторный), она закрепила короткий на бедре, а длинный — за спиной, для чего потребовалось отыскать дополнительный ремень. Оба меча оказались тяжелее, чем она предполагала; она не представляла, как будет сражаться: в её руках любое оружие было сродни тяжёлой палке.
Когда необходимый инвентарь был собран, главной проблемой стал Бастион: ворота были под пристальным и неусыпным надзором стражи, а перелезть его и вовсе казалось невозможным.
— Я выведу тебя незаметно.
— Как же?
— Тем же способом, как у тебя дома, когда ты собиралась выброситься. Не пугайся! Это займёт всего несколько минут, я обещаю. Согласна?
Внушительная высота каменной стены не оставила ей выбора, и она согласилась. В груди похолодело, руки и ноги, казалось, налились свинцом. И тут она поняла, что тело ей больше не подчиняется. Чувство отдалённости и беспомощности не давало ей покоя. Невольно она задумалась о том, что будет, если Атарегам не вернёт ей тело. Услышав эти мысли, он только усмехнулся.
В ноги ударил жар, и спустя мгновение она рванула к чёрной стене с нечеловеческой скоростью. Быстро и ловко цепляясь за выступающие неровные камни, она взобралась наверх, словно насекомое, и опомниться не успела, как летела навстречу земле с обратной стороны. Она была уверена, что разобьётся, и уже мысленно проклинала Атарегама и всё, на чём свет стоит. К удивлению, она легко приземлилась на ноги, ничего не повредив, и вокруг неё поднялся высокий столб пыли. Атарегам не стал дожидаться, пока на них обратят внимание, и побежал дальше. Отбежав от Бастиона на несколько сотен метров, он остановился.
— В чём дело? — спросила Деми. Это было странно. Теперь уже она говорила изнутри, а Атарегам отвечал своим жутким голосом, который сливался с её собственным. Помедлив, он отчётливо произнёс:
— Похоже, уйти незамеченными не выйдет. Мы стоим перед невидимой чертой; тот, кто её создал, как и прочие барьеры, почувствует любого, кто её пересечёт.
— Тогда мы возвращаемся?
— Ещё чего! Будем надеяться, что тебя заметят не сразу.
Атарегам стремительно набирал скорость. Деми никогда не думала, что её тело способно на такое. Выходит, он не лгал, когда говорил о силе.
— Атарегам, куда ты ведёшь меня?
— В Ядовитую Топь.
Высокие стены Бастиона исчезали за спиной всё стремительнее. Когда они окончательно скрылись из виду, Атарегам сдержал слово.
— Беги дальше в этом направлении, — скомандовал он.
Привычные ощущения возвращались, а вместе с ними — жар и напряжение: казалось, мышцы в ногах вот-вот лопнут.
Было темно и холодно. Ветер выл, приносил запахи и звуки, очень неприятные и враждебные. Когда глаза окончательно привыкли к темноте, передвигаться стало проще.
— Быстрее, — подгонял Атарегам, но быстрее она не могла, хоть и стала выносливее раза в четыре. Спустя час-полтора Деми почувствовала отвратительный, едкий запах.
— Уже близко, — довольно заметил Атарегам.