Читаем Руимо. Пришедшая (СИ) полностью

Страшный свист ураганом пронёсся по кругу, сопровождаемый скрежетом стали. Людские крики появились с опозданием. Солдаты, что кидались на чародея, выделывавшего движения, подобные ритуальному танцу, замирали и кусками падали наземь, поднимая пыль. В бешеном водовороте стали, плоти и крови, лезвие безжалостно косило хрупкие даже в доспехах человеческие тела, словно траву, и этому не было конца; вскоре оно жадно метнулось вслед за спасающимися бегством…

Вдруг свист прекратился. Орд поднял глаза, и его ослепил свет — тот исходил от вытянутой вверх руки высокой, стройной женщины, подобной спустившемуся с небес ангелу, замершему рядом с истинным воплощением зла.

Тело генерала обмякло, веки закрылись сами собой. Решив, что умирает, он был рад, что этот кошмар наконец закончился.

* * *

Лиана тыльной стороной ладони вытерла со лба пот. В запятнанном кровью белом халате, не выпустив из руки скальпель, она долго смотрела на результат работы Константина. До тех пор, пока Анита не коснулась её плеча, выведя из пронзившего её оцепенения.

— Что ты наделал, — стальной голос Лианы прозвучал тихо, но ничуть не дрожал. Константин безразлично осмотрелся и, без капли эмоций, ответил:

— Я преподал им урок. А так же всем, кто ещё раз рискнёт пойти против Тувиама.

Скальпель выскользнул из пальцев и звонко упал на землю. Целительница схватила мужчину за ворот, рывком притянула к себе и прокричала в лицо:

— Я спасаю жизни, в то время как ты отнимаешь их без счёта! Скольких ты сейчас убил? Сотни? Десять сотен? Скольких ты оставил калеками на всю оставшуюся жизнь!? Эти люди, — она указала пальцем на то, что от них осталось, — пришли под Бастион и ты, зная, что преодолеть его они не смогут, не потрудился узнать, прокляты они или нет!

— Пришедший с мечом, от меча погибнет.

Лиана оттолкнула Константина, резко замахнулась. Мужчина не стал уворачиваться от удара; из носа на тонкие губы стекла струйка крови.

— В отсутствии Рика и Александра, Элита подчиняется моим приказам. Найти всех, кто ещё дышит, и нести в госпиталь. Исполнять!

Лиана, сперва покраснев от гнева и теперь бледная от ужаса, побежала к Бастиону. Анита и Константин смотрели вслед её отдаляющемуся светлому силуэту на фоне красного, хлюпающего под ногами месива и чёрного массива стены. Волшебница, чувствуя на себе пристальный, прожигающий взгляд, отправилась искать выживших.

* * *

Тувиамские солдаты с носилками были всюду. В быстром темпе они переправляли раненых в госпиталь, места в котором уже давно закончились. Анита, рискуя поплатиться собственным здоровьем из-за перегрузки, брала на себя тех, кто был в особо тяжёлом состоянии.

Лиане и медикам пришлось работать ещё быстрее, чем прежде, а раненым не было конца.

Константин, наступая на раскроенные тела, подошёл к месту, где лежал Орд; его бронированный жеребец, напуганный запахом крови и попытавшийся ускакать прочь, обезглавленной тушей валялся среди прочих солдат.

Последний пространственный разлом сомкнулся, как только объявились Лиана и Анита, однако на его месте остался временный магический след — почти прозрачный, блестящий и струящийся сгусток энергии, который видели или же чувствовали опытные чародеи, либо одарённые особым чутьём существа. Подобные пространственные врата — в виде вертикальных и диагональных разрезов, служили дверью в один конец: пройти сквозь них можно. Вернуться обратно — нельзя.

Взвалив генерала на плечи, чародей покраснел и напрягся от натуги. И вынужден был прибегнуть к телесной магии, которую использовал в крайних случаях: она давалась ему с трудом, и на неё у Константина уходило куда больше сил, чем на что-либо.

Орд был значительно больше Константина, а в доспехах и вовсе был неподъёмным.

Он мог бы обратиться за помощью к Аните. Но не сделал это по причинам сугубо личным, включающим в себя неприязнь.

Сначала ему показалось, что за спиной кто-то хихикнул. Спустя два шага с генералом на плечах это повторилось, тогда чародей остановился и стал прислушиваться. Говорили двое, голоса были женские и он не понимал, откуда те могли взяться. И тут его осенило: разлом не закрылся. Его всего лишь сузили до размеров едва заметной щёлки, которая снова расползлась. Константин обернулся и убедился, что его догадка оказалась верна: на месте сгустка энергии красовалась неровная диагональная полоса разрыва.

— Ах, какой талант, какой энтузиазм — и всё пропадает понапрасну! — воскликнул низкий, сильный женский голос.

— А какой мужчина! Ты только посмотри в эти чёрные глаза, на эту осанку… — второй голос был шипящим, слова произносил с акцентом.

— Ты всё о своём. Но в чём-то ты права: он не похож на прочих стамра. Он — хищник, как и мы, и этим привлекает.

— Вот видишь? Я знала, на кого положить глаз.

— Но слышала я…что женщины его мало интересуют, и крутится он всё время рядом с Среброглазым. Уж это неспроста, скажу тебе.

Звонкий, заразительный смех.

— Если женщины ему не интересны — значит, настоящих женщин он, бедняжка, ещё и не встречал.

Одобрительная усмешка.