Читаем Рубины Блэкхерста полностью

Каждая клеточка тела молодой женщины болела, к тому же Аполина своим весом придавила ее к полу; она боялась, что позвоночник не выдержит такой нагрузки. Хезер почувствовала, что преступница связывает ей руки за спиной.

— Помогите! — попыталась закричать Хезер, но ее голос оказался очень слабым, и страх полностью сковал тело.

— Бесполезно звать на помощь, дорогая сестра. Отсюда все равно тебя никто не услышит. Однако, на случай, все‑таки придется закрыть тебе рот.

— Сестра?.. Сестра? Что вы хотите этим сказать? — спросила Хезер уже довольно громко.

Удивление пришло на смену страху, но тут Аполина стала засовывать ей в рот какую‑то тряпку. Хезер едва не задохнулась; в ярости она успела укусить Аполину за палец, из которого сразу же потекла кровь.

Преступница взревела от ярости и с силой ударила Хезер головой об пол.

В глазах несчастной закрутились яркие звезды вперемешку с полосками ярко‑красного света. Она смутно почувствовала, что кто‑то снял тяжелый груз с ее спины. Голос Аполины, полный злобы и ненависти, звучал для нее откуда‑то издалека.

— Смерть от пули — слишком легкое наказание. Для тебя, дорогая сестра. Тебя лучше сжечь заживо.

«У меня нет никакой сестры, — подумала Хезер. — Кроме того, ведь сестры не должны убивать друг друга, не так ли?» После этих мыслей она провалилась в черную бездонную дыру.

* * *

— Вам придется идти первым! Мне бы не хотелось подставлять вам свою спину, — произнес Тео и толкнул сэра Питера внутрь через тяжелую крепкую дверь. — Клянусь небесами, здесь слишком темно. Лучше хотя бы немного приоткрыть дверь, иначе мы не сможем прицелиться.

— Я смогу разглядеть вашу черную душонку где угодно и даже в полночь, — проворчал сэр Питер. — Давайте кончать с этим побыстрее. Через час мне необходимо отправляться в Гретна Грин.

— Вот как! Вы собираетесь добираться туда пешком? Ведь этот дилижанс в сторону Лондона, а северный дилижанс ожидается только завтра, — усмехнулся Тео. — Думаю, что вам вообще не придется больше никуда путешествовать. Разве что в гробу. И в одиночестве.

Сэр Питер хрипло задышал.

— Это не по правилам, без секундантов, вы же знаете.

— Вы что, совсем струсили, юный Ромео? Я окажу неоценимую услугу всему человечеству тем, что избавлю его от вас — пусть даже вы и поэт. Своим героическим поступком я спасу много юных и невинных девушек от ваших грязных поползновений.

— Хватит болтать, щенок! — ответил сэр Питер. — Приступим к делу!

— Сколько шагов вам угодно? Я предлагаю стандартные двенадцать, — спокойно, как о чем‑то уже давно решенном, произнес Тео. — Эй, что там такое?

Они услышали громкий стук копыт. Кто‑то на полном скаку приближался к таверне.

— Это наверняка Фалько. Если он не вернулся с целью помешать нам, то мы успеем, если, конечно, поторопимся, — произнес Тео. Он сразу же начал заряжать один из своих «Мантонов». — И никакого жульничества с числом шагов, а также с мерой пороха для обоих пистолетов.

Несколько минут соперники работали в тишине.

К Хезер вернулось сознание в тот момент, когда оба молодых человека вошли в сарай. Она попыталась заявить о себе, стуча своими связанными ногами об пол, но сено поглощало почти все звуки. Девушка хотела крикнуть, но почувствовала во рту кляп.

В воздухе стал ощущаться явный запах керосина. Неподалеку от ее головы мерцал огарок свечи; подсвечник опасно накренился в сторону. На расшатанном стуле лежал кувшин, кое‑как укрепленный бруском дерева, из его горлышка стекала тонкая струйка керосина, а на полу совсем близко от свечи образовалась лужица. Если свече суждено будет упасть — а это рано или поздно произойдет, — сено сразу же загорится, и тогда ее ждет страшная участь — сгореть заживо. Огонь унесет с собой все следы преступления. Все будут считать, что бедная мисс Максвелл сгорела по причине несчастного случая, а мисс Уэдж при этом сделает печальное лицо, наблюдая за тем, хорошо ли горит сарай. И никто даже не заподозрит ее.

От таких мыслей Хезер ужаснулась. Какой простой — и какой хитрый и жестокий план расправиться с ней. Девушка боялась пошевелиться, чтобы не опрокинуть свечу.

Она лежала, закрытая от входа большой охапкой сена. Тяжело ступая, Тео и сэр Питер прошли совсем близко от нее, но так и не заметили ничего подозрительного. Ей надо каким‑то образом заявить о себе, но при этом ни в коем случае не опрокинуть свечу. Хезер начала осторожно отползать в сторону от опасной керосиновой лужицы.

— А как я могу быть уверен, что этот пистолет выстрелит? — высокомерно спросил сэр Питер, заглядывая в дуло.

— Вот как! Вор и разбойник наконец‑то открывает свое истинное лицо — лицо труса и подлеца. Что, трясутся поджилки? Вы так же хорошо, как и я, знаете о том, что это надежные пистолеты. Самые надежные, изобретенные для дуэлянтов. Удобно держать в руке; курок срабатывает от малейшего прикосновения. Такой штукой одно удовольствие пробить ваше лживое и лицемерное сердце, — с горечью ответил Тео.

Хезер продвинулась еще чуть‑чуть, на ее лбу выступил холодный пот.

— Хорошо, отправляйтесь к противоположному концу сарая, и начнем счет, — заскулил сэр Питер.