Читаем Рубиновый рыцарь полностью

— Да, молодой господин, не упустите этот случай, — старик с сожалением покачал головой, глядя в свою опустевшую кружку.

— Эй, пышка, — позвал Улэф, выкладывая на стол несколько монет их кошеля. — Не забывай приносить пиво нашему старому приятелю, как только увидишь, что кружка его пуста!

— О, благодарю вас, господин граф, — обрадовался старик.

— Это после, дед, рассмеялся Улэф. — Мое графство прячется где-то в вашей округе.

— Никто не смог бы сказать лучше, мой господин.

Они оставили старика наслаждаться дармовым пивом, а сами пошли к себе наверх.

— Сработано неплохо, — сказал Кьюрик.

— Нам повезло, — отозвался Келтэн. — Что, если бы этого старика не оказалось сегодня вечером в трактире?

— Ну, тогда кто-нибудь направил бы нас к нему. Простой народ любит помочь путешественнику, особенно если путешественник угощает его пивом.

— Стоит запомнить историю, которую сочинил Улэф, — сказал Тиниэн. — Если мы будем говорить, что разыскиваем останки короля Сарека, чтобы вернуть их в Талесию, любопытство здешнего народа будет удовлетворено.

— Но разве это не то же самое, что и ложь? — спросил Берит.

— Не совсем, — ответил Улэф. — Мы ведь и правда можем перезахоронить его, когда найдем корону.

— Конечно.

— Ну вот, видишь, все в порядке.

Берит смотрел с некоторым сомнением.

— Пойду-ка я позабочусь об ужине, — сказал он, — но мне все же кажется, что в вашей логике есть пробел, сэр Улэф.

— Да? — с удивлением переспросил Улэф.

Утром следующего дня по-прежнему лил дождь. Ночью Спархок заметил, как Келтэн ускользнул из комнаты. По-видимому дело не обошлось без пышной и дружелюбной подавальщицы Нимы. Однако он ничего не стал выяснять, потому что был прежде всего Рыцарем, а значит умел в нужных случаях молчать.

Они ехали часа два на север, пока не добрались до широко раскинувшегося луга, сплошь покрытого заросшими травой могильными холмиками.

— Интересно, какой из них я должен испытать первым, — сказал Тиниэн, когда они спешились.

— Выбирай, — ответил Спархок. — Конечно, этот Ват, мог бы указать поточнее, но попробуем для начала обойтись без него. Может быть это сэкономит наше время.

— Ты все время думаешь о своей королеве, Спархок? — спросил Бевьер.

— Конечно, это же мой долг.

— Я думаю, что это нечто большее, чем долг. Твое отношение к королеве не ограничивается им, мой друг.

— Ты неисправимый романтик, Бевьер. Она же еще совсем ребенок. Перед тем как начать, давайте толком оглядимся, — сказал он, неуклюже переводя разговор. — Ничего не будет хорошего, если за нами подсматривают земохи, и уж совсем плохо будет, если на нас за нашим занятием нападут эти пустоголовые Ищейкины вояки.

— Да мы запросто расправимся с ними, — уверенно заявил Келтэн.

— Возможно и так, но не забывай, каждый раз, убивая их, мы сами сообщаем Ищейке о нашем местонахождении.

— Оттовское насекомое все больше и больше раздражает меня, — сказал Келтэн. — Как мне надоели все эти бесконечные разведки и дозоры.

— Все же стоит свыкнуться с этим на время.

Они обшарили округу, но не нашли никаких признаков чьего-либо присутствия, вернулись назад.

— Как насчет этого? — сказал Улэф, указывая Тиниэну на невысокий земляной холмик. — Похоже, здесь похоронен талесианец.

— Не вижу, чем он отличается от других, — пожал плечами Тиниэн.

— Не переусердствуй, — предупредил его Спархок. — Если начнешь уставать, лучше отпусти призрак.

— Нам нужно что-нибудь узнать, Спархок. Не беспокойся, со мной все будет в порядке, — Тиниэн снял шлем, взял веревку и принялся раскладывать ее на холмике, как и в предыдущий раз. Затем он выпрямился, отбросил свой голубой плащ и начал связывать заклинание. Наконец он резко сомкнул руки.

Холмик лихорадочно затрясся, через мгновенье из под земли словно вырвалось нечто — и это был не человек.

— Тиниэн! — закричала Сефрения, — отошли его назад!

Тиниэн, однако, стоял скованный ужасом, не в силах пошевелиться.

Огромная тварь выскочила из магического круга и, сбив словно пораженного громом Тиниэна с ног, накинулась на Бевьера, царапая и кусая его доспехи.

— Спархок! — закричала Сефрения Пандионцу, схватившемуся за меч. — Не это, от этого не будет пользы! Бери копье Алдреаса!

Спархок бросился к Фарэну и принялся в спешке отвязывать от седла древнее короткое копье.

Тем временем чудовище словно перышко подняло Бевьера и с ужасной силой бросило его оземь, и, бросившись на Келтэна, вцепилось огромными лапами в его шлем. Улэф, Кьюрик и Берит бросились на помощь, но их тяжелые топоры и огромная булава Кьюрика отскакивали от чешуйчатого тела твари, извлекая лишь снопы искр.

Спархок наконец отцепил копье и бросился в гущу свалки. Келтэн, словно кукла болтался в лапах чудища, весь шлем его был измят, как будто был сделан не из закаленной стали, а из тонкой жести.