Читаем Рубеж (СИ) полностью

Рубеж (СИ)

Блин, самочувствие вроде ничего, а выгляжу, как помер третьего дня, да перед этим спивался месяца два. Все черты лица заострились, под глазами синяки, белки красные, от полопавшихся сосудов. Красавец, одним словом, писаный! С таким лицом ночью из палатки до ветра выйдешь, так первый встречный без всяких вопросов приголубит чем-нибудь тяжёлым по голове. Ещё и тревогу по лагерю поднимет — караул, мертвяки в расположение бродят!

— Вы что-то хотели молодой человек? — приятный женский голос отвлёк меня от собственных поминок.

Отвернувшись от зеркала, я увидел миниатюрную женщину средних лет, весьма приятной наружности в мантии целителя. Красивая!

А вот я на неё впечатления не произвел. В смысле такого же приятного. Так-то от моего внешнего вида впечатлений хоть отбавляй, вон даже вздрогнула бедняжка и сделала шаг назад. Мной сейчас не только детей пугать можно, но и взрослых.

Зато вопрос о том, что я хотел — у фрейлин сразу пропал. Женщина пригласила меня в приёмную и, усадив на деревянную скамью возле стены, сразу приступила к осмотру, запустив несколько заклинаний, среди которых я не увидел ничего знакомого.

Пока диагностические плетения обследовали моё тело, я представился целительнице, сообщил место службы и стал отвечать на дальнейшие вопросы!

— На что жалуетесь?

— На жизнь, видите, как она меня потрепала?

На лице женщины появилась улыбка, а глазу лукаво блеснули.

— Неужели ничего нигде не болит?

Я прислушался к внутренним ощущениям. Нет, всё в порядке. Чувствую себя хорошо.

— Ну, — неуверенно протянул я, — если только душа.

Целительница деланнo вздохнула и поддержала мою игру:

— С этим не к нам. Мы исцелять души еще не научились. Вам для этого нужен отец рмир. В это время он обычно у себя в часовне службу проводит. — Целительница обмакнула перо в чернильницу и стала записывать мои данные в какую-то книгу, на вид такую тяжелую, что если уронить на ногу — рентген делать не придется, можно сразу смело накладывать гипс — не ошибешься! — Значит, говоришь, тебя сотник прислал?

— Угу.

В общем следующие несколько минут мы болтали, ожидая пока плетения закончат свою работу, и я как мог, старался уводить разговоры на нейтральные темы.

Спустя ещё пару минут, Мия, так женщина представилась мне во время разговора, нахмурилась, изучая полученные результаты. Началось! Вот поэтому мне и не хотелось идти в госпиталь — сейчас начнутся расспросы.

— Алекс, ты одаренный?

Естественно я ждал этого вопроса. Мне ли не знать, как действуют диагностические плетения у целителей? Сам источник они обнаружить не могут, но уж определить у разумного наличие магических каналов — это запросто.

— Есть такое дело, — отрицать очевидное глупо, поэтому я киваю, — только в последнее время у меня проблемы с использованием магии. Правда, постепенно мои каналы восстанавливаются. Медленно, хотелось бы конечно быстрее, но что есть, то есть. И на том спасибо, что полностью не выгорели.

— Хм, — Мия на секунду задумалась, барабаня ноготками по столешнице стола, — судя по тому, что ты понимаешь ситуацию с твоим состоянием, у тебя Академическое образование. И скорее всего ты являешься моим коллегой по ремеслу. Ведь я не ошибаюсь?

— Нет, не ошибаешься, — опять киваю головой.

А чтo делать? Этого я и опасался. Сейчас последуют дальнейшие расспросы. Дай человеку ниточку, и он распутает весь клубок, при условии, что я буду отвечать на вопросы. Блин, так и знал, что госпиталь — это палево!

Внезапно сильная боль обожгла грудь. У-у-х, й-о-о… Такое впечатление, что мне в грудь воткнули укол, только вместо обычной иглы всадили огромную спицу, а из огромного шприца прямо в сердце закачали жидкий азот. Звучит как бред, но по ощущениям всё обстоит именно так.

О-о-у…

Когти холода, ледяными сосульками вцепились в сердце, погружаясь в негo всё глубже и глубже, заставляя его замедлиться и сбоить. Вот сердце временно остановилось и, пропустив пару ударов, с трудом продолжило проталкивать по венам и артериям сгустившуюся от холода кровь. Вот опять встало.

Сука, как жжётся-то!

Новая вспышка боли, и ледяные когти вонзаются в сердце ещё глубже, пробивая его насквозь.

Мир вокруг меня утрачивает четкость и начинает расплываться. Похоже, что всё, амба!

Опускаю взгляд вниз, и вижу свои скрюченные пальцы со сломанными о нагрудный доспех ногтями. Вон на нём какие полосы расцарапал и даже не заметил, поскольку ледяная смерть в груди погасила всё остальные чувства.

Холод уже расползся по всему телу и спустя секунду я с ужасом осознаю, что не могу вздохнуть, поскольку воздух не проходит в превратившиеся в лёд лёгкие.

Вот интересно, от чего я умру раньше, от остановки сердца или удушья?

Сознание меркнет, и последнее что я увидел — бьющий меня по лицу пол. «Опять по голове! Когда же это закончиться!» — промелькнула и погасла мысль. А потом…, потом я умер.