Читаем Ромашка полностью

Теперь нужно искать квартиру. «Лучше всего на Огородной». Она уже проезжала по ней на извозчике. Эта улица выходит на Степную, а Степная ведет к аэродрому. Вполне удобное место. Необходимо также приобрести по дешевке старую, дырявую посуду. Посуда зачем–то нужна. Конечно, ей понадобится не только кастрюля, но и таз для мытья головы, жестяное корыто для стирки. «Мастер сам вас найдет». Нужно ждать мастера. Он явится, он найдет ее.

Итак, принимайся, Анна, с засученными рукавами за работу. Капитан Бугель будет доволен… Капитан имеет какие–то виды на Анну? Прежде чем послать Шеккер к лейтенанту Гофману, он угостил ее вкусным завтраком, плиткой шоколада. Чем вызвана такая щедрость? Может быть, этот старый дурак решил поухаживать за Анной? Нет, капитан Бугель, видимо, замышляет что–то иное. Поживем — увидим. Да, поживем на новом месте — увидим. Пока все идет отлично. И хорошо, что на дворе тепло, весна…

5. НА НОВОМ МЕСТЕ

Десять дней прошло с тех пор, как Анна Шеккер сняла комнату в маленьком домике на Огородной улице, а обещанный Тарасом мастер не появлялся, да и сам Тарас куда–то исчез.

Обеспокоенная отсутствием связи, Оксана дважды побывала на привокзальной площади, но знакомого подростка уже не было среди чистильщиков сапог. Очевидно, бойкий хлопец занялся этим делом только для того, чтобы встретить Оксану, а затем, не выдержав жестокой конкуренции, прикрыл свою «фирму».

Оксана поняла: ей дают возможность хорошенько освоиться на новом месте.

Работа в столовой оказалась сравнительно легкой и спокойной. Обязанности старшей официантки были необременительными. Собственно, в столовой даже не было такой должности, но все работавшие там девушки как–то сразу же признали старшинство «русской немкени» — спокойной, требовательной, трудолюбивой, неизменно приветливой, но не допускающей в отношениях с летчиками каких–либо фривольностей.

Девушки немного побаивались новой официантки. Однако Оксана вела роль Анны Шеккер ровно, не переигрывая. Внешне она ничем не подчеркивала своего превосходства над другими официантками, работала наравне с ними, проявляя примерное усердие.

В первый же день, после окончания завтрака, она предложила капитану Бугелю произвести генеральную уборку помещения столовой. Капитан удивился и даже обиделся. Как истый немец, он сам любил чистоту, порядок и считал, что столовая находится в образцовом состоянии: стены и потолки были побелены всего три недели назад, каждую субботу девушки мыли полы. В ответ на это возражение Оксана показала едва заметные пятна на половицах, нашла паутину, успевшую появиться в темных углах, провела пальцем по слегка запыленным стеклам окон и, брезгливо скривив губы, заявила, что ей неприятно работать в такой грязи. Бугель вынужден был уступить.

Под предводительством Анны Шеккер девушки, подоткнув юбки, шлепая босыми ногами, терли, скребли за–литые водой полы, выбивали на дворе пыль из гардин и ковровых дорожек, протирали до полной прозрачности стекла на окнах. Оксана старалась изо всех сил. В заключение она покрыла клеенки на столах бумажными скатертями, а сверху разложила вырезанные из картона кружочки, на которые следовало ставить тарелки и кружки с пивом, чтобы не грязнить белоснежные скатерти.

— Ресторан! — восхищенно заявил начальник столовой.

Оксана окинула придирчивым взглядом зал и недовольно покачала головой.

— Стало чище, но по–прежнему неуютно… Казарма! Нужно на каждый столик поставить вазочку с цветами.

И через несколько дней на столиках появились букетики бумажных цветов.

Капитан Бугель не без умиления наблюдал, как Анна Шеккер, в перерыве между первым и вторым завтраками, усевшись за служебным столиком, отгороженным от зала марлевой ширмой сиреневого цвета, терпеливо и искусно вырезала из цветной бумаги лепестки, обвивала тонкими зелеными ленточками проволоку, а затем соединяла лепестки вокруг желтой середины. Было что–то мирное, домашнее не только в занятии, но и во всем облике этой худенькой старательной девушки. Фюрер достаточно лаконично и выразительно сформулировал идеалы немецкой женщины: кухня, дети, кирха. Как это справедливо!

И капитан Бугель решил, что наступило время начать осуществление плана, в котором Анне Шеккер отводилась важная роль.

Разговор произошел там же, у служебного столика, когда Оксана собирала цветы в букетики. Капитан начал издалека. Анна Шеккер испытала много страданий, кроме того, она понесла материальный урон. Ведь она потеряла все свои вещи. Подумать только! Как тяжело это для девушки… Конечно, сейчас военное время, а война требует жертв. Однако и на войне каждый умный человек должен думать о своем благополучии. Некоторые офицеры на передовой и особенно в тылу буквально обогащаются. Об этом они поговорят в другой раз, а сейчас он, капитан Бугель, хотел бы помочь Анне приобрести кое–какие вещи. Ведь каждая девушка стремится одеться понаряднее. Это не трудно — любое платье можно выменять за небольшой пакет с сахаром. И не только платье…