Но 27 октября к Твери подошло большое литовское войско, ведомое князем Михаилом Александровичем. Он был торжественно встречен горожанами, и, узнав о походе своего дяди Василия Михайловича, разгромившего весь удел, приказал немедленно задержать его жену, княгиню Елену, князя Еремея и «всех их людей».

После этого мятежный племянник повел литовское войско на Кашин, желая «сурово наказать своего злобного дядю».

Но сражения не произошло. У Андреевского села князь Михаил был встречен кашинскими посланниками, просившими мира. – Наш князь слишком стар, чтобы тягаться с тобой за удел! – сказали они. – Помилуй его, молодой князь!

– Ладно! – согласился Михаил Александрович. – Я не против мира и не хочу ему мстить! Но мой дядя должен отказаться от великого княжения в мою пользу!

И он махнул рукой своим воеводам, подавая знак возвращаться назад.

Князь Василий, очнувшись от набежавших раздумий, вновь наклонился к столу. – А может попросить у него назад мою Тверь? – мелькнула мысль. – Жаль отдавать ее племяннику! Но вот удержу ли я свою столицу? Зачем мне тяжелая война на старости лет? Эх, если бы был жив мой сынок Василий! Остался-то один младший Михаил! Надо ли подставлять его под меч воинственного племянника? Мы же только что заключили перемирие! Пусть подавится этой Тверью!

Он взял в руку гусиное перо, обмакнул его кончик в чернила, но, поразмыслив, положил на стол. – Не буду писать в Москву! Не нужна мне эта мятежная Тверь! А насчет жены и других пленников я сам договорюсь с племянником»! – решил он и почувствовал, как с его груди спадает тяжелый камень. – Надо было еще раньше отказаться от великого княжения! Пора уже подумать о Боге!

ГЛАВА 9

ПРЕРВАННАЯ ОХОТА

Князь Дмитрий Ольгердович со своими «охочими людьми» выехал к реке Десне – посмотреть на «бобровые гоны». Лето 1358 года было нежарким, часто шли дожди. Но вот август удался! Все дни светило солнце, но не припекало. Обильная утренняя роса способствовала сохранению зелени: совсем не пожухла трава и не пожелтела листва деревьев. Брянцы в этот год собрали богатый урожай ржи, или жита, как тогда говорили, и овощей. Особенно уродился горох! Горожане собирали крупные зеленые стручки целыми корзинами, радуясь изобилию. Хорошо плодоносили и фруктовые деревья: под тяжестью наливавшихся спелостью плодов клонились ветви яблонь и груш. Прижились и сливовые деревья из ордынских саженцев, привезенных в свое время князем Романом Молодым. Но самый богатый урожай яблок и груш ожидали монахи монастыря Успения Божьей Матери, «что на Свини». Почти полстолетия назад здесь, в монастырском саду, были высажены и привиты многие сорта фруктовых деревьев, в том числе и из ордынских саженцев. Волей братии и мудрых настоятелей за садом следили опытные садовники-монахи. Благоприятная погода обеспечила брянским горожанам и жителям окрестных сел удачу и в лесных походах. Известно, что леса поили и кормили брянцев! Во время ягодного промысла они собрали немало земляники, черники, или бздики, как тогда называли эту ягоду, малины и ежевики. В княжеских погребах стояли огромные дубовые бочки, полные ягодных наливок. Из сока ягод варились хмельные напитки, а знаменитая брянская медовуха славилась на Руси. Порадовал брянцев и большой урожай грибов. Особенно много уродилось белого гриба! Большие связки сушеных белых грибов ежедневно выставлялись брянскими купцами на рынке и пользовались значительным спросом особенно приезжавших в город «торговых гостей» и чужестранцев. Но больше всего ценились «княжие губы» – рыжики! Бочонки соленых рыжиков не застаивались на купеческих прилавках. Эти грибы любили все: от князя до самого бедного простолюдина!

Однако ввиду дороговизны соли, не все могли позволить себе заготовку этого ценного и вкусного гриба. Обычно рыжики собирали только для стола князя и бояр. Но в этот год «княжих губов» уродилось так много и соль, привезенная из ордынского Поволжья в изобилии, так подешевела, что грибов хватило и князю, и боярам и простонародью.

Княжеские закрома ломились от множества добытых в лесу богатств. Сам князь, любивший охоту, не один раз выезжал в лес и почти всегда успешно. Благодаря строгим мерам, брянские охотники перестали убивать медведей, и Дмитрий Ольгердович со своими людьми уже дважды добывали зимой косолапых! Хорошо прокопченные кабаньи и медвежьи окорока заполнили княжеские погреба.

Удачной была и охота брянских людей на пушного зверя. В эту зиму случилось настоящее нашествие белок! А за ними следовали куницы. Но брянские охотники, помня о плачевных результатах хищнического истребления пушных зверьков в прошлые годы и имея княжеское распоряжение – «не добывать чрезмерное число мягкой рухляди» – по-хозяйски относились к лесным богатствам: заготовили в этот год пушнины лишь на треть больше, чем в предыдущий!