Читаем Роман Молодой полностью

Пришлось Роману Брянскому собирать совет бояр и пригласить туда всех городских священников. На этом совете, прошедшем в шумной, до хрипоты в голосах, говорильне, с превеликим трудом удалось «найти нужного человека». Выбор пал на архимандрита Успенского монастыря, «что на Свини», Парфения, обладавшего «дивным голосом».

Последний долго не соглашался «с волей знатных и набожных людей», но, в конце концов, был вынужден уступить.

Летом в Брянск пожаловал сам святейший митрополит Алексий. Он ездил в Литву «наводить порядок» в делах западной русской епархии, пришедших в упадок после смерти его соперника, митрополита Романа. Святитель был теперь главой православной церкви всех русских земель, в том числе и тех, которые были захвачены Литвой. Поездка прошла без осложнений: литовские власти не осмелились препятствовать его деятельности, как это было в недавние времена. Но великий князь Ольгерд, тем не менее, был разгневан тем, что митрополит Алексий не посетил его в Вильно и не произносил ему здравицу во время церковных служб в Литве.

А тут еще святитель заехал в Брянск, где при стечении множества горожан, в самой большой церкви города – Горнего Николы – провозгласил новым епископом «славного Парфения»!

Великий литовский князь Ольгерд был просто разъярен! Вопреки своему обычному правилу – не спешить – он вызвал к себе во дворец сына Дмитрия и приказал ему немедленно собрать большое войско, возглавить его и пойти на Брянск, чтобы «занять город, пленить того бесстыжего Романа и доставить его в Вильно»!

В Брянске быстро узнали о походе литовцев. Об этом сообщил приехавший из Смоленска гонец князя Святослава Ивановича. – На тебя идет огромное войско! – сказал он князю Роману. Последний поспешно собрал боярский совет. Бояре безоговорочно решили поддержать своего князя «и дать литовцам жестокий отпор». Вспомнили даже Романа Старого, одержавшего в давнее время победу над «ратью могучего Миндовга»! Даже горожане, недавно бунтовавшие и славившие великого литовского князя Ольгерда, были готовы «грудью встать на защиту своего князя».

Но Роман Михайлович, несмотря на поддержку «славных брянских людей», не захотел кровопролития и объявил о своем отъезде. – Я не хочу причинить горе моим людям и, тем более, воевать со своим названным отцом! – решительно сказал он. – Я уеду в свой захудалый Коршев, данный мне Господом! Значит, не судьба мне быть князем славного Брянска!

И он стал собираться к отъезду. Супруга князя, узнав о его решении, нисколько не огорчилась. – Наконец-то ты забудешь своих блудливых банных девок! – весело сказала она. – Мы так хорошо тогда жили в нашем Коршеве! И детей заимели, и были счастливы! А тут лишь раздоры и мятежи! Все, что Господь не сделает – только к лучшему!

Княжеская семья собралась довольно быстро. А вот со свитой пришлось повозиться. Сначала князь Роман хотел взять с собой лишь два десятка дружинников, которые были у него в Коршеве. Но напросились еще почти две сотни воинов. Из бояр с князем Романом выехали его воевода Супоня Борисович, Жирята Михайлович, Ждан Воиславович и Белюта Соткович, сын Сотко Злотковича, княжеского мечника. Все они уезжали с семьями, детьми, внуками и даже некоторые с правнуками! Сам престарелый Сотко остался в Брянске. – Не обижайся, славный князь, – сказал он. – Я уже слишком стар для дальних походов…Пусть мои больные кости останутся навеки здесь. Бери с собой моего сына с семейством! Он будет тебе верным и надежным помощником!

Роман Михайлович оглядел обозы своих бояр и остолбенел: собралось больше трех сотен человек!

– Как же я размещу в своем маленьком городе такую уймищу народа?! – возмутился он. – Вы же бросаете свои богатые терема и нажитое за многие годы добро! Мой городок Коршев беден и неуютен! Зачем вам, знатным людям, ехать со мной? Литовцы ничего вам не сделают, а только поставят нового князя!

Но боярин Жирята ответил за всех: – Пусть мы будем жить в бедности и тревоге, но тебе, наш князь Роман, не изменим! Так что принимай нас в свой городок, и мы будем начинать новую жизнь!

Пришлось Роману Молодому смириться с волей своих бояр, и за три дня до прихода литовского войска большой княжеский обоз выехал в Коршев.

Они, хорошо зная дорогу, без особых трудностей добрались до далекого городка, но когда туда прибыли, испытали большие неудобства. Возможно князь и его люди со временем сумели бы хорошо обустроиться и «зажить припеваючи», но вот не пробыли они в городке и недели, как из Брянска к ним прискакал тайный посланец бояр с известием о том, что «большое литовское войско пошло на Коршев»! Гонец также сообщил, что литовцы беспрепятственно вошли в Брянск, не чинили насилий и грабежей, а брянский «стол» занял сын великого князя Ольгерда, Дмитрий. – Скоро состоится венчание! – добавил посланник. – И владыка Парфений не против этого, поскольку Дмитрий Ольгердович – православный христианин!