Читаем Роман Молодой полностью

Но не успел он сказать себе последних слов, как перед ними, после того, как конница преодолела невысокий, но довольно широкий холм, предстали спины конных вражеских татар, стоявших в ожидании и готовых вот-вот вступить в бой. Невдалеке, с переменным успехом, шла битва, но крики воинов были настолько громкими, что не было слышно звона оружия. То тут, то там падали с лошадей окровавленные жертвы, однако уступать никто не собирался. – Слава Витову! Витовт с нами! – кричали литовские воины.

– Господи, помоги! – вопили, отчаянно рубясь, русские!

– Аллах! Аллах! – орали и визжали сражавшиеся и даже стоявшие в тылу «запасные» татары.

И в эту кричавшую, истекавшую потом массу с треском вломился спустившийся с холма брянский полк, в мгновение ока опрокинувший ошеломленных внезапностью татар. Сам Дмитрий Ольгердович первым занес меч над рослым сильным татарином, и тот с визгом, разбрызгивая во все стороны потоки крови, рухнул на окровавленную степную землю. – Получай и ты! – взревел брянский князь, обрушивая свой меч теперь уже на татарского мурзу, который пытался развернуться в жестокой давке и ускользнуть от безжалостного оружия. – Крак! – княжеский меч, скользнув по железному шлему знатного татарина, разрубив кожаные ремни нагрудного панциря, с силой вонзился в его шею.

– Алла! – прохрипел рыжебородый мурза, выпадая из седла.

Удача сопутствовала и остальным брянским воинам. Каждый из них, воспользовавшись неожиданностью, сбил с лошади не одного всадника. Но татары, оказавшись в окружении, отчаянно заметались, стараясь отбиться. Дмитрий Романович со своими воинами попали как раз под удар обезумевших от ярости врагов. Первый успех, когда татары сыпались на землю как горох, прошел. Теперь они сражались не на жизнь, а на смерть! Дмитрий Романович бился в окружении своих самых опытных дружинников, которые, получив особое указание его отца, старались защитить своего князя. Но тот, казалось, забыл осторожность и рвался вперед! Он успел зарубить едва ли не десяток вражеских воинов, когда вдруг на него стремительно налетел еще один, убеленный сединами, мурза. – Аман тебе, урус! – вскричал татарский военачальник, пытаясь достать его клинком своего кривого меча. – Аман твоей башке, коназ!

– Не пущу, тать! – заорал бросившийся на него Влад Изборович. – Я не выдам своего князя!

Но мурза смело принял вызов черниговского воеводы и, резко развернув коня, кинулся на него. Кони столкнулись с визгом и неистовым ржанием, а воевода Влад пошатнулся в седле, потеряв врага из виду. – Аллах! – вскричал обрадованный татарин, нанося ему беспощадный и коварный удар.

– Эх, Влад! – взвыл от ярости Дмитрий Романович, видя, как падает его воевода. – Ну, погоди, злобный татарин! – И он, размахивая своим огромным мечом направо и налево, зарубив на пути двух татарских наездников, повторяя маневр мурзы, на всем скаку столкнулся с его конем. Тут он только понял, как был прав, что сел именно на этого коня! Могучий молодой жеребец не только смял на своем пути татарского коня, но с каким-то диким визгом неистовой злобы вцепился зубами в его холку! Вражеский конь неожиданно упал на передние ноги, сбрасывая с себя наездника. – Получай же, злодей! – выдохнул Дмитрий Романович, опуская свой меч на падавшего врага. Багровый клинок его меча, казалось, почернел от крови злополучного мурзы, отсекая ему голову.

– Слава Дмитрию! – дружно заорали черниговские воины, видя успех своего князя и устремляясь к нему на выручку. Еще немного, и все было кончено. Лишь небольшой татарский отряд сумел вырваться из окружения. Остальные татары, уцелевшие от жестокой резни, в которую постепенно перешла битва, побросали оружие и, сбившись на своих лошадях в кучу, остановились, окруженные со всех сторон врагами, подняв вверх руки. В этот миг над полем прозвучал сигнал боевого рога, и наступила тишина.

Дмитрий Романович не видел, как бились брянские воины и все остальное литовское войско. Поглощенный сражением на своем участке, он замечал лишь своих дружинников и ближайших врагов. Князь очнулся лишь после вторичного зычного сигнала великокняжеского горниста.

– Все, одолели! – сказал он себе и похлопал по холке взволнованного от шума и запаха крови жеребца. – Ты спас меня, славный Орлик! – прошептал он ему на ухо. – Нынче я сам дам тебе самого лучшего овса!

– Ты жив, мой славный князь?! – услышал он вдруг знакомый голос и, не веря своим ушам, резко повернулся: к нему шел, пошатываясь, залитый кровью…воевода Влад!

– Слава тебе, Господи! – вскричал радостный Дмитрий Романович. – Значит, ты не погиб, Влад Изборыч?!

– Я жив, княже! – засмеялся тот. – Тот бусурман только оглушил меня, а вот мой конь убежал! Хорошо, что ты спасся! Я бы себе никогда не простил твоей гибели! Я кинулся к тебе на помощь, а оказалось, что ты меня спас! Благодарю тебя, княже! Я вижу, что ты стал могучим и удачливым воином!

– Это правда, брат! – вдруг громко сказал подскакавший к ним Дмитрий Ольгердович! – Надо же: ты сумел укротить ярость самых лютых татар! И один, с небольшим отрядом, задержал их бегство!