Читаем Рокоссовский полностью

По предложению А. М. Василевского был создан Юго-Восточный фронт, в состав которого вошли войска левого крыла Сталинградского фронта. Происходило это в самый разгар боев. Если такая мера была вызвана предвидением невозможности воспрепятствовать выходу противника к Волге, то она понятна. Командующим Юго-Восточным фронтом назначается генерал А. И. Еременко, а в качестве управления и штаба этого фронта используется штаб 1-й гвардейской армии. Но буквально через несколько дней (только началось оформление) Василевский, находясь у Еременко, подчиняет ему командующего Сталинградским фронтом Гордова. Нужно к этому добавить, что штаб Сталинградского фронта создавался на основе управленческого аппарата КОВО. Так что он представлял собой, можно сказать, старый сколоченный штаб. И, несмотря на это, его подчиняют другому — слабенькому, только формирующемуся. Вероятно, такое волевое решение родилось лишь потому, что начальник Генерального штаба лично находился в войсках, в данном случае у Еременко. Вообще случай подчинения одного фронта другому беспрецедентен. А при условии предвидения возможного выхода врага к Волге вообще непонятен. Вот к чему приводит нахождение начальника Генерального штаба не там, где ему следовало быть».

Под Сталинград Рокоссовский прилетел вместе с Жуковым. На НП они застали генерала В. Н. Гордова, командующего Сталинградским фронтом, которого Рокоссовский должен был сменить. Он по телефону распекал подчиненных, не стесняясь в выражениях. Жуков сделал ему замечание: «Криком тут не поможешь; нужно умнее организовать бой, а не топтаться на месте». «Услышав его поучение, — писал Рокоссовский, — я не смог сдержать улыбки. Мне невольно вспомнились случаи из битвы под Москвой, когда тот же Жуков, будучи командующим Западным фронтом, распекал нас, командующих армиями, не легче, чем Гордов… Жуков спросил меня, чему это я улыбался. Не воспоминаниям ли подмосковной битвы? Получив утвердительный ответ, заявил, что это ведь было под Москвой, а кроме того, он в то время являлся „всего-навсего“ командующим фронтом» (а не заместителем Верховного, как под Сталинградом). Рокоссовский был, наверное, единственным советским военачальником такого уровня, совершенно чуждым «матерного стиля» руководства. В самых критических ситуациях он оставался корректным с подчиненными, за что пользовался их любовью.

Армии Рокоссовского безуспешно пытались ударом с севера отрезать прорвавшиеся к Волге немецкие войска и соединиться со сражающейся в Сталинграде 62-й армией. Однако немецкие танковые дивизии успели закрепиться и без труда отражали советские атаки, даже без серьезной поддержки авиации, которая действовала в первую очередь против Сталинграда.

Рокоссовский полагал, что без значительных сил танков и артиллерии вражескую оборону в междуречье Дона и Волги не прорвешь: