Читаем Рокоссовский против Моделя полностью

Моделю в качестве первоочередной ставилась задача вывести из окружения 1-ю танковую армию, окруженную в районе Каменец-Подольского. Эта операция была уже подготовлена и начата еще фон Манштейном, и Моделю оставалось только завершить ее.

«Освобождение 1-й танковой армии и сосредоточение обеих армий в районе между Карпатами и Припятскими болотами, – писал фон Манштейн, – что имело решающее значение для всей обстановки в целом, можно было считать делом обеспеченным, хотя еще и предстояли отдельные тяжелые бои»[268].

Разведка 1-го Украинского фронта не сумела своевременно вскрыть подготовку противником деблокирующего удара. Сильный удар крупной вражеской группировки пришелся по войскам 4-й танковой армии генерала Д. Д. Лелюшенко в районе Каменец-Подольского, так как через этот город проходила единственная мощеная дорога, ведущая на запад через Оринин и далее на Бучач и Подгайцы. С 28 марта по 2 апреля происходили ожесточенные бои не на жизнь, а на смерть. Несмотря на многократное превосходство в живой силе и технике, противнику не удалось захватить Каменец-Подольский, Жердье, Оринин и Жванец. Войска 4-й танковой армии стойко отражали все атаки врага. Пять дней длилось кровопролитное сражение за Оринин и Жердье. Хотя враг имел здесь десятикратный численный перевес и превосходство в танках, ему не удалось добиться успеха.

«Трижды врывались фашисты в Оринин, – вспоминал генерал армии Лелюшенко, – каждый раз дело доходило до рукопашной схватки, в которой принимали участие офицеры штаба армии, политотдела, всех служб и родов войск. Неприятель, оставляя горы трупов своих солдат и офицеров, откатывался назад. Мне и сейчас помнится, как трижды пришлось прерывать свой доклад Г. К. Жукову по радио в связи с прорывом противника на командный пункт 4-й танковой армии. Командующий фронтом в эти минуты говорил: «Иди, руководи отражением атаки, надеюсь, что в плен не попадешь, а потом доложишь». Понеся большие потери и не добившись успеха в боях за Каменец-Подольский, Оринин, Жердье, неприятель вынужден был плестись по сплошной грязи, бросать технику, чтобы спасти от полного уничтожения хотя бы часть солдат и офицеров».

Ценой больших потерь противнику удалось ко 2 апреля продвинуться в район Борщева (между Каменец-Подольским и Бучачем). Здесь он неожиданно натолкнулся на 1672-й и 222-й истребительно-противотанковые артиллерийские полки, следовавшие в район Каменец-Подольского на помощь войскам 4-й танковой армии. Артиллеристы быстро сориентировались, развернули орудия и уничтожили 22 вражеских танка, 17 самоходных орудий, до 300 автомашин и более 1000 солдат и офицеров.

Одновременно Модель силами 2-го танкового корпуса СС (9-я и 10-я танковые дивизии СС), 100-й горно-стрелковой и 37-й пехотной дивизий, переброшенных с запада, нанес удар из района Подгайцы, Бучач на восток навстречу соединениям 1-й танковой армии, пробивавшимся из окружения. Удар пришелся по двум ослабленным в предыдущих боях советским дивизиям, которые оборонялись в 40-км полосе. Они не смогли остановить 2-й танковый корпус СС, который наносил удар на главном направлении южнее Подгайц. 7 апреля в районе Бучача танковые дивизии, наступавшие с запада, соединились с 1-й танковой армией. В результате она избежала разгрома, но потеряла большую часть боевой техники и понесла тяжелые потери в людях.

Э. фон Манштейн в своих мемуарах отмечал, что к 9 апреля 1-я танковая армия была освобождена, не указав при этом, скольких жертв стоил прорыв на запад. По оценке Г. К. Жукова, окруженная группировка потеряла значительно больше первоначального состава, от некоторых соединений остались только штабы.