Читаем Рок-цыпочка полностью

— Нет, мы… — начала я.

— Сигареты? Они вредны для здоровья, но я должен их продавать, иначе разорюсь. В этом районе все курят сигареты.

Я покачала головой, а затем на мгновение задумалась, почему от Ли пахнет табаком, я не видела, чтобы он курил с тех пор, как поступил на службу.

Я заметила, что Элли уставилась на меня, как бы говоря: «Алло?», и я очнулась от своих Грезах о Ли.

— Вы знаете Рози Колтрейна?

— Вы не будете ничего покупать? — спросил продавец, выглядя одновременно разочарованным и побежденным.

Я ничего не могла с собой поделать, от его вида мне сразу стало грустно.

— Буду, мятные леденцы, — я схватила пачку мятных леденцов и положила ее на прилавок.

Он уставился на мятные леденцы.

Я уставилась на мятные леденцы.

Элли уставилась на мятные леденцы.

Мятные леденцы выглядели одинокими, и покупка мятных леденцов не могла помочь прокормить семью этого человека.

Я положила на прилавок еще одну пачку мятных леденцов, за ней последовали два шоколадных батончика, затем я подошла к холодильнику и взяла две бутылки воды и две диетические содовые.

На обратном пути к прилавку я схватила коробку кексов с кремом. Сто лет не ела кексов.

Продавец радостно начал пробивать мои покупки.

— Повторите, кого вы ищете?

— Рози Колтрейна. Он работает на меня и сегодня не пришел на работу, и я волнуюсь, — солгала я.

Я хорошо умела врать, я лгала с тех пор, как меня, Ли и Элли поймали за гаражом за попыткой курить листья, на тот момент нам с Элли было восемь, а Ли одиннадцать. Я творчески подошла к придумыванию оправдания, что мы хотели поджарить зефир, но не знали, как это сделать. Малкольм купился на это: дети, зефир, моя милая улыбка ангелочка. Ему все показалось безобидным и правдоподобным.

После того, как мы отделались лишь тем, что выслушали лекцию о пожарной безопасности и осторожности обращения со спичками, Ли взъерошил мне волосы.

Счастливые воспоминания.

— Я не знаю человека по имени Рози. Что это за мужчина с таким именем — Рози?

— Рози Гриер[4]? — напомнила Элли

— Рози Гриера я тоже не знаю, — сказал продавец.

— Футболист? Помог поймать Серхана Серхана[5]? — подсказала Элли.

— Я не слежу за американским футболом. Не знаю никакого Серхана Серхана. Он тоже футболист?

— Нет, он убил Бобби Кеннеди, — объяснила Элли.

— О, боже! О нем я точно ничего не знаю! — в ужасе воскликнул продавец.

Я решила прервать урок истории.

— Наш Рози здесь не живет, но живет его друг, вниз и через улицу, примерно в четырех домах. Его зовут Тим Шуберт.

— Тима я знаю, он покупает много сырных слоек и замороженной пиццы.

Если Тим был наркоманом такого же калибра, как и Рози, я не сомневалась, что он покупал много сырных слоек и пиццы.

— Рози худощавый, около пяти футов шести дюймов, светло-русые волосы, немного похож на Курта Кобейна, но овал лица не такой острый, — вставила Элли.

— Я не знаю никакого Курта Кобейна, но видел человека с таким описанием с Тимом. Его на самом деле зовут Рози?

— Это прозвище, — сказала я. — Настоящее имя — Эмброуз.

— Эмброуз — прекрасное имя. Почему он не называет себя Эмброузом?

Элли посмотрела на меня.

Я решила проигнорировать это замечание. Любой ответ охватит историю целого поколения и культурный разрыв. У меня не было сегодня столько терпения, менее чем за двадцать четыре часа, в меня стреляли, силком вытащили из постели и три с половиной раза поцеловал Ли Найтингейл (да, я считала, и половина — это поцелуй в шею).

В данный момент у меня была определенная цель и критическая нехватка времени объяснять значение такого дурацкого имени, как Эмброуз.

— Вы видели его в последнее время, к примеру, сегодня? — уточнила я, расплачиваясь за покупку.

— Нет, не сегодня.

— А Тима? — спросила Элли.

— И Тима тоже.

Он протянул мне пакет, и я взяла его, не зная, что делать дальше.

— Боже, Инди. Ты что, детективных романов не читаешь? Ради Бога, ты ведь владеешь книжным магазином, — прошипела Элли, а затем повернулась к владельцу магазина.

Продавец за стойкой широко улыбнулся.

— У вас есть книжный магазин? Я люблю книги. Как называется ваш магазин?

— «Фортнум», на углу Байо и Бродвея, — ответила я.

— Я его знаю. Туда ходит моя жена. Книги там дешевые, а потом вы можете за наличные продать их обратно.

— Да, именно так. — Я кивнула и улыбнулась, радуясь встрече с доверенным лицом клиента.

Элли была занята тем, что писала мое имя и номера телефонов на листке бумаги, который отыскала в своей сумочке, и, закончив, она протянула записку продавцу.

— Может, вы могли бы позвонить нам, если увидите Рози или Тима. Сможете это сделать?

— Конечно. Я работодатель, на меня работает только моя жена, но я понимаю, как важно доверять своим сотрудникам. Я вам позвоню.

— Спасибо.

Мы вышли, сели в мою машину и уставились на дом Тима, размышляя над тем, что делать дальше. Мы обе были новичками в этом деле. Никто из нас раньше не выслеживал наркомана в бегах. Мы преследовали многих парней, но знали, где их найти.

Чтобы пробудить серые клеточки, мы съели по кексу.

— Хороший парень, — сказала я с набитым кексом и сливочным кремом ртом.

— Ага, — ответила Элли с таким же набитым ртом.