Читаем Робур-завоеватель полностью

Лишь один случай за это время вызвал всеобщее оживление. Внезапно поднявшаяся в воздух туча саранчи опустилась на палубу воздушного корабля. Насекомых было такое множество, что своей тяжестью они грозили утащить ко дну корабль! Экипаж поспешил сбросить обременительную нагрузку. Было оставлено лишь несколько сот этих насекомых, из которых Франсуа Тапаж решил сделать съедобное блюдо. И он сделал его так мастерски, что Фриколин забыл на минуту все свои страхи.

— Они стоят креветок! — удовлетворенно говорил Тапаж.

В это время Альбатрос находился у северной границы громадного королевства Судана.

Приблизительно в два часа пополудни показался город, расположенный в изгибе очень большой реки. Река эта была Нигер, а город — Тимбукту. До сих пор эту африканскую Мекку посещали одни только путешественники Старого Света.

Но теперь, благодаря чистой случайности и самому странному приключению, два американца могли бы по возвращении своем в Америку (если только они рассчитывали когда-нибудь туда вернуться) говорить: de visu, de auditu и даже de olfactu. De visu — о виденном, потому что они могли обнять взглядом весь треугольник площадью от пяти до шести километров, образующий этот город; de auditu— об услышанном, потому что в этот день был большой базар и оттуда доносился страшный шум; de olfactu — об обоняемом, потому что их обонятельные нервы были неприятно раздражены всеми запахами, которые доносились с площади Юбу-Камо, из мясных лавок около самого дворца древних царей Со-Маис.

Во всяком случае, инженер Робур не счел нужным скрывать от председателя и секретаря Уэлдонского института, что это был последний момент, когда они могли насладиться лицезрением королевы Судана.

— Господа, вот Тимбукту, — произнес он таким же тоном, каким за двенадцать дней перед тем объявил: «Индия, господа».

Затем он продолжал:

— Тимбукту на сто восемьдесят девятом градусе северной широты и пятом градусе пятьдесят шестой минуте западной долготы по Парижскому меридиану с отметкой в двести сорок пять метров над уровнем моря. Значительный город с двенадцатью или тринадцатью тысячами жителей, когда-то прославленный развитием искусств и наук. Может быть, вы пожелаете остановиться здесь на несколько дней?

Подобное предложение могло быть сделано инженером только иронически.

— Однако, — продолжал он, — для иностранцев было бы опасно жить среди негров, берберов, фуланов и рабов, особенно если я прибавлю, что наше появление на корабле не может им понравиться.

— Сударь, — ответил Фил Эвэнс тем же тоном, — чтобы иметь удовольствие вас покинуть, мы охотно рискнули бы быть плохо принятыми этими туземцами. Тюрьма вместо тюрьмы! Лучше Тимбукту, чем Альбатрос.

— Это дело вкуса, — возразил инженер. — Во всяком случае, я не пустился бы в такую авантюру, потому что отвечаю за безопасность гостей, делающих честь путешествовать вместе со мною…

— Таким образом, инженер Робур, — проговорил дядюшка Прудэнт, не будучи в силах сдержать свое негодование, — вам мало быть только нашим тюремщиком? К покушению на нашу жизнь вы прибавляете еще оскорбления?

— О, только иронию, не больше!

— Может быть, здесь на корабле найдется какое-нибудь оружие?

— Разумеется, целый арсенал!

— Двух пистолетов было бы достаточно, если бы один из них был в руках у меня, а другой — у вас!

— Дуэль! — вскричал Робур. — Дуэль, которая могла бы закончиться смертью одного из нас и которая наверное закончилась бы именно так! Ну нет, господин председатель Уэлдонского института! Я предпочитаю сохранить вас в живых.

— Чтобы быть уверенным в сохранении собственной жизни? Это очень благоразумно.

— Благоразумно или нет, но это, во всяком случае, меня удовлетворяет. Вам же предоставляется полная свобода думать иначе и жаловаться кому заблагорассудится, если вы сможете.

— Это уже сделано, инженер Робур!

— В самом деле?

— Разве было так трудно, когда мы пролетали через населенные пункты Европы, уронить какой-нибудь документ…

— И вы это сделали? — спросил Робур, чувствуя прилив неудержимого бешенства.

— А если мы это действительно сделали?

— Если бы вы это сделали, вы заслуживали бы…

— Что именно, господин инженер?

— Быть отправленными за борт Альбатроса вслед за вашим документом!

— Выбрасывайте же нас скорее! — вскричал дядюшка Прудэнт. — Мы это сделали!

Робур приблизился к пленникам. По его знаку подбежал Том Тернер и еще несколько человек.

Да! Инженер чувствовал страстное желание немедленно исполнить свою угрозу. Но чтобы не поддаться этому искушению, он поспешно ушел в свою каюту.

— Прекрасно! — вскричал Фил Эвэнс.

— То, что он не осмелился сделать сейчас, — сказал дядюшка Прудэнт, — осмелюсь сделать я! Да, я это еще сделаю!

В это время население Тимбукту целыми массами собиралось на площадях, на улицах, на террасах домов, построенных амфитеатром. В богатых кварталах Санкор и Сарахама, так же как и в самых жалких хижинах местечка Рагуиди, муллы[48] посылали с высоты минаретов свои страшные проклятия воздушному чудовищу. Но заклинания их были безвредней ружейных пуль.