Читаем Робинзоны Вселенной полностью

Общее собрание проводилось под тентом полевого госпиталя; это оказалось единственное сооружение, достаточно большое, чтобы вместить и экипаж, и колонистов. В середине дня начали собираться облака; вечером уже моросил ледяной дождик, а над горами вспыхивали далекие зарницы. Джудит, Юэн, Мак–Аран и Мак–Леод устроились в первом ряду — на случай, если понадобится выступить с докладами об экспедиции. Камилла же предпочла появиться с капитаном Лейстером и остальными космофлотчиками; все они были в форменных мундирах, и Мак–Арану почудился в этом недобрый знак. С чего это им вдруг понадобилось так подчеркивать профессиональную солидарность?

Электрики соорудили небольшую трибуну и подключили простенький громкоговоритель — так, чтобы голос капитана, негромкий и хрипловатый, донесся до самых дальних уголков обширного помещения.

— Я созвал всех вас, а не только руководителей служб, — начал Лейстер, — чтобы на корню пресечь неизбежное в столь многочисленном коллективе, несмотря на самые строгие меры предосторожности, распространение всевозможных слухов и домыслов. Начну я с хороших новостей–г–которых, признаться, не больно–то много. Насколько удалось выяснить, здешние воздух и вода вполне для нас пригодны — по крайней мере, никаких болезнетворных эффектов не выявлено — а почва, вероятно, годится для выращивания земных культур, что позволит пополнять пищевые запасы в то время, что мы вынуждены оставаться здесь. Теперь новости похуже. Ущерб, причиненный аварией маршевым двигателям и астрогационному компьютеру, оказался гораздо более серьезным, чем предполагалось ранее, и надеяться на скорую починку не приходится. Хотя теоретическая возможность подняться в космос остается, с имеющимися в нашем распоряжении материалами и специалистами это практически нереально.

Он сделал паузу, и помещение наполнилось нервным гомоном; капитан поднял руку, требуя тишины.

— Я не хочу сказать, что наше положение безнадежно, однако ремонт корабля становится делом очень отдаленного будущего; делом, которое потребует существенных изменений всего нашего уклада и активного содействия всех до одного здесь присутствующих.

Повисла тишина. «Интересно, что бы это значило, — отстраненно подивился Мак–Аран, — что он все–таки хочет сказать — можно починить корабль или нельзя?»

— Вы можете подумать, будто я себе противоречу, — продолжил капитан. — Да, действительно, имеющихся у нас материалов недостаточно для ремонта. Но в нашем распоряжении имеется еще и знание — а также целая неисследованная планета, где мы наверняка сможем отыскать сырье и изготовить недостающие материалы.

Мак–Аран нахмурился, изо всех сил пытаясь вникнуть в сказанное; Лейстер тем временем пустился в подробные разъяснения.

— Многие ваши профессии, — он широко махнул рукой, имея в виду колонистов, — очень пригодились бы в обустроенной колонии, куда вы направлялись — но здесь совершенно бесполезны. Через день–другой начнет работать отдел кадров, и мы поточнее узнаем наш профессиональный состав; тогда тем из вас, кто зарегистрируются как фермеры или ремесленники, придется пройти переподготовку у наших инженеров и техников. Я требую поголовного содействия…

— Прошу прощения, капитан, — поднялся из задних рядов Морэй, — позвольте вопрос.

— Пожалуйста.

— Вы что, хотите сказать, будто мы, вот эти двести человек, в состоянии за пять или, там, десять лет развить технологическую культуру, способную построить — или отремонтировать — космический корабль? Что мы в состоянии отыскать необходимые металлы, добыть их, переработать и соорудить недостающую технику?

— Да, при содействии всех до единого присутствующих это в наших силах, — негромко подтвердил капитан. — Примерно за три — пять лет.

— Вы сошли с ума, — бесстрастно заявил Морэй. — Вы требуете, чтобы мы развили целую технологию!

— Что человек однажды уже сделал, он в состоянии повторить, — невозмутимо отозвался капитан. — В конце концов, мистер Морэй, напомню вам, что выбора у нас нет.

— Черта с два нет!

— Вы нарушаете регламент, — сухо произнес капитан. — Сядьте, пожалуйста.

— Еще чего! Если вы серьезно во все это верите, могу предположить только, что вы окончательно рехнулись. Или что мозг инженера или космонавта работает как–то совершенно по–другому, чем у любого нормального человека, и нам друг друга никогда не понять. Вы говорите, на это потребуется три — пять лет. Позвольте со всем уважением напомнить вам, что запасов пищи и медикаментов нам хватит на год — полтора. Позвольте также напомнить, что даже сейчас — в конце весны — климат здесь очень суров, и нам необходимы какие–то более серьезные жилища. Здешняя зима — учитывая, как сильно наклонена ось планеты — обещает морозы, какие ни одному землянину и не снились!

— Разве это не доказывает, что мы должны убраться отсюда как можно скорее?