Один из самых блестящих учеников коллежа Людовика Великого готовится к возвращению в родную провинцию. "Согласно отзыву г. директора о выдающихся талантах сьёра[29] де Робеспьера [sic], [...] о его хорошем поведении в течение двенадцати лет, и о его успехах в занятиях, как при распределении университетских наград, так и на экзаменах по философии и праву", отдел управления коллежа[30] вознаграждает его премией в шестьсот ливров (19 июля). Аббат Сен-Вааста также выказывает удовлетворение по поводу назначения стипендии младшему брату, Огюстену, который, в свою очередь, поступает в коллеж Людовика Великого. От класса риторики и до степени лиценциата права он показывает себя почти столь же блестяще, как и Максимилиан. Покидая Париж в 1787 г., он получает от коллежа награду в триста ливров, "для завершения обучения, в котором он проявлял себя отлично".

Уже ставшему лиценциатом, Максимилиану де Робеспьеру необходимо сделать последний шаг: приготовиться к клятве адвоката. Мы уже видели его в момент совершения этого действия в городе Аррасе, 18 ноября 1781 г.; вот он же, несколькими месяцами ранее, одетый в мантию, в парижском Дворце правосудия, который ему хорошо знаком. Именно здесь, утром 2 августа 1781 г., он впервые произносит эту клятву. Думает ли он начать карьеру в столице? Для этого ему понадобилось бы пройти стажировку сроком четыре года; в течение этого испытательного срока его имя не фигурировало бы в списках Коллегии, он должен был бы посещать слушания, участвовать с целью обучения в различных организованных совещаниях и заниматься некоторыми профессиональными делами, но только некоторыми. Нет, он никогда к этому не стремился. Его парижская клятва объясняется связью, которая соединяла Артуа со столичным парламентом. Совет Артуа являлся суверенным в своих судебных постановлениях, но не в своих гражданских решениях, которые в некоторых случаях подтверждались или оспаривались парламентом. В глазах будущих клиентов знание парижского суда - это гарантия компетентности; более того, эта клятва позволяла при случае подписываться престижным титулом "адвокат парламента".

Робеспьер хочет поселиться именно в Аррасе, где живёт его семья. Здесь он становится частью коллегии, едва насчитывающей более восьмидесяти адвокатов. Здесь не нужно нарабатывать никакого стажа; с момента клятвы он попадает в список и может осуществлять все профессиональные действия без ограничений: вести тяжбы, писать и публиковаться, даже в случае сложных дел. Из-за своего происхождения, он также знает, что лучше всего начинать в городе, где его имя известно. Это обнадёживает клиентов; а также помогает завязать полезные связи с поверенными, обременёнными делами, которые часто имеют первый контакт с участниками судебного разбирательства и могут направить их к адвокату.

Робеспьер возвращается в Аррас. Как здесь всё изменилось за время его отсутствия! В "старом городе" епископ недавно закончил постройку своего дворца. Между крепостью и старинным центром теперь вырастает из земли новый жилой квартал. У адвоката нет средств, чтобы там поселиться, и довольно скоро он арендует жильё поблизости от Дворца правосудия. Здесь сердце его города.

Глава 2

Похвальное слово пирогу

Максимилиану де Робеспьеру двадцать три года. В июне 1783 г. он проводит несколько дней у своих родственников из Карвена. Предыдущие месяцы были насыщены в профессиональном смысле; двумя защитительными речами он убедил судей совета Артуа разрешить одному из своих клиентов вновь установить громоотвод на крыше. Случай наделал много шуму не только в Аррасе, но также в республике Писем[31]. Намёк на это сделан в одном из писем за 12 июня, адресованном его друзьям Бюиссарам. Письмо известно, но этот отрывок редко цитировался; именно в нём молодой адвокат остроумно и ненавязчиво сравнивает свой успех с другим делом, ещё более потешным: принесением дани уважения несправедливо забытому изобретателю... пирога!