Читаем Rise (СИ) полностью

— Двадцать пятого декабря, на Рождество. Мы можем двадцать четвертого вместе выехать вечерним поездом, и утром будем уже в Лондоне. Я надеюсь, у тебя не было других планов на этот день.

— Какие могут быть планы, если есть шанс снова нормально колдовать! — я улыбнулся. Грейнджер сумела здорово меня удивить. — Спасибо тебе. И Поттеру тоже, — сказал я серьезно.

— Пожалуйста, — улыбнулась она. — Надеюсь, теперь тебе будет не так грустно тут лежать.

— Скорее всего, — согласился я. — А у тебя нет планов на Рождество?

Она покачала головой.

— Родители уедут во Францию на две недели, так что я совершенно свободна.

“А как же твои друзья?” — промелькнуло у меня в голове, и я вдруг вспомнил, что цепочку я так ей и не отдал.

— Грейнджер, я вспомнил, зачем искал тебя в понедельник, — воскликнул я. Она настороженно посмотрела на меня. — Если бы я только знал, где моя мантия, в которой я тогда был.

— Висит на вешалке в шкафу у мадам Помфри, — сказала она.

— Тогда принеси ее, — попросил я.

Спустя минуту мантия оказалась у меня в руках. Я полез во внутренний карман и не без труда отыскал там цепочку. Вытащив, я вручил ее Гермионе.

— Это, должно быть, твое. Я нашел ее в этой книге, — указал я кивком головы на тумбочку.

Грейджер выглядела слегка потерянной.

— А я все думала, куда я ее положила.

— Она важна для тебя, ведь правда? Тогда почему ты использовала ее в качестве закладки для книги? — спросил я.

— Это не касается тебя, Малфой, — ответила она и спрятала цепочку в карман.

— Это же подарок от Уизли, да?

— Да, — нехотя ответила она.

— Вы же встречаетесь. Или встречались, — поправил себя я. — Тогда почему на кулоне написано “с уважением”, а не “с любовью”?

Грейнджер издала нервный смешок.

— Я задавала себе такой же вопрос. Это был подарок на день рождения, а Рон никогда не был силен в выборе подарков, — она замолчала и задумалась на несколько секунд. — А вообще, это неважно уже. Спасибо, что вернул мне эту вещь, — Гермиона поднялась со стула. — Я пойду.

— Еще зайдешь как-нибудь?

— Да, — сказала она. — Принесу тебе еще магловских книг.

— Хорошо, — отозвался я. “Буду очень ждать”, — добавил мысленно.

— Выздоравливай, — не оборачиваясь и не дожидаясь моего ответа, она вышла за ширму.

Мне было о чем подумать, многое нужно было осмыслить. Но для начала я хотел дочитать книгу, чтобы вернуть ее в следующий раз Гермионе, а потом уже можно было приниматься за раскладывание мыслей по полочкам.

Что меня очень удивило, так это то, что ни Алекс, ни Амелия в тот день так и не пришли.

*

С каждым днем я чувствовал себя все лучше, но мадам Помфри отвечала категорическим отказом на просьбы выпустить меня из Больничного крыла. Настроение опускалось все ниже и ниже.

Несмотря на то, что в выходные меня дважды навещали Алекс и Амелия, да и Грейнджер заглянула на пять минут, мне было ужасно тоскливо. Принесенные книги были быстро прочитаны, конспекты переписаны, я даже написал несколько эссе по чарам и трансфигурации, благодаря одолженным Амелией книгам. Дэвидсон вообще приходила по нескольку раз в день и каждый раз умудрялась принести что-то интересное или полезное для меня.

Близилось время, когда исцеляющее зелье можно будет принять, а я так и не знал, изменило ли оно цвет на необходимый или нет. Гермиона умудрялась каждый раз уходить от темы и ни словом не обмолвилась о его состоянии. Все наши разговоры сводились к книгам и пожеланиям выздоровления.

В среду мама прислала письмо, в котором писала, что отец чувствует себя лучше и ведет себя все так же глупо, как и раньше. В остальном же она просила меня не беспокоиться и учиться, не думая о нем, и сообщила, что очень ждет меня на Рождество домой.

Мне стало стыдно. Я ведь даже не рассказал ей, что на Рождество я буду покупать себе новую палочку. Да и о зелье, которое готовили мы с Грейнджер, она тоже ничего не знала, а ведь может случиться такое, что оно мне не только не поможет, но и ухудшит положение. Я решил, что пришло время обо всем ей рассказать, и только взял перо в руку, как меня отвлек ставший таким привычным за последнее время голос.

— Привет! Не скучаешь? Я принесла тебе еще одну интересную книгу, чтобы… — Дэвидсон остановила свой монолог на середине предложения, увидев, что я собираюсь что-то писать. — Ты занят? Извини, я не знала.

— Нет, все в порядке, — заверил я ее и отложил перо и пергамент на тумбочку. — Так что ты там принесла?

— О, раритетную вещицу. Одну достаточно старую книгу по зельям, — она улыбнулась и тряхнула головой, при этом ее длинные волосы заструились, словно водопад, по спине. — Ты ведь их любишь… — она пожала плечами. — Да?

— Да, — я кивнул и скривил губы в подобии улыбки. — Удиви меня!

— Вот, — она протянула мне небольшую книгу в серебристой обложке. Название гласило: “Забытые сокровища зельеварения”. Я взял ее в руки.

— Откуда она у тебя? Это очень редкая книга!

— Ты ее читал? — с некоторым разочарованием спросила она.

— Да, у меня есть такая, — ответил я.

— Ну конечно… Я забыла, что ты из древней чистокровной семьи, а значит и библиотека у вас огромная.