Читаем «Рим». Мир сериала полностью

Д. Пучков: Забегает Ливия: «Надеюсь, все готовы. Жаль, мать Атия не смогла присутствовать. Боюсь, муж воспримет это как оскорбление». – «Она не хотела его оскорбить». – «Я знаю, какая она ранимая. Но дорогой Октавиан так щепетилен в области публичных мероприятий – все должно быть идеально». – «Он прислушается к твоему мнению, уверена. Он простит ее, если ты замолвишь словечко». – «Замолвлю. Непременно». – «Пора, по старшинству, пожалуйста».

И тут Атия: «Здравствуйте!» – «Матушка». – «Да, я здесь». – «Давайте покончим с этим спектаклем». – «Я, конечно, не против, но первой должна идти я. Если спросишь у жрецов – они скажут, что жена идет первой».

Ответ Атии: «Да мне все равно, что говорят жрецы. Я не позволю, чтобы злобная мелкая потаскушка вроде тебя шла впереди меня. Первой пойду я». – «Я, конечно же, не обижусь. Ты не в себе». – «Да я знаю, кто ты, я вижу тебя насквозь. Сейчас ты клянешься, что когда-нибудь уничтожишь меня. Запомни, женщины посильнее тебя клялись это сделать. И где они теперь?»

Начинается триумф. Все дружно кричат: «Цезарь, Цезарь!»

К. Жуков: Я не понял – по фильму Ливия себя как злобная мелкая потаскуха проявить не успела. Она вообще себя никак не проявила – появилась, похлопала глазами, занималась всякими извращенными действиями полового свойства с Октавианом.

Д. Пучков: Была крепко отодрана.

К. Жуков: И по-моему, все. Она пару раз что-то ему в ухо сказала, когда они в постели лежали. Что на нее так крыситься? Я уж молчу, что Атия к тому времени умерла давно. Ну ладно, допустим, не умерла – чем Ливия-то плохая? Может, они рассчитывали в третьем сезоне раскрыть ее с лучшей стороны? В общем, зря это все сделали. Ну и чисто для справки: Октавиана провозгласили императором через три года после описанных событий. В 27 году.

Д. Пучков: Не быстро.

К. Жуков: В 30 году Цезариона убили. Марк Антоний и Клеопатра покончили с собой, а Октавиана провозгласили императором в 27-м.

Д. Пучков: «Пуллон, мы думали, ты погиб».

К. Жуков: Он в расположение явился.

Д. Пучков: «Нет, может, когда-нибудь, но не сейчас». – «Я рад, что ты жив. Старые друзья – редкая роскошь, мы многое пережили вместе». – «Да. Я послал тебя искать Цезариона, что случилось?» – «А я нашел его. Он мертв». – «Ты уверен?» – «Я лично его убил». – «Как?» – «Перерезал глотку». – «Где это было?» – «В пустыне, в милях сорока к югу от Александрии. Я вез его голову, чтобы показать тебе, но она сгнила, его было уже не узнать, и я ее выкинул».

К. Жуков: Отлично все рассказал.

Д. Пучков: Отчитался.

К. Жуков: Ему, конечно, должны были сказать: «Да, да, да, охотно верю».

Д. Пучков: «А Люций Ворен умер? Жаль». – «Да». – «Он был хорошим человеком. Полагаю, ты ждешь вознаграждения?» – «Я об этом не думал, но не откажусь». Служебные обязанности не исполнил, но денег получил. «Ну как?» – спрашивает маленький Цезарион. «Он поверил». – «Брат Ассирис, дай мне дожить, чтобы плюнуть ему в рожу и напомнить об этом дне». Чисто мальчик с Кавказа – не может удержаться. Красиво говорит.

«Разве я не говорил прекратить подобную болтовню». – «Болтовня – да это мой священный долг. Клянусь своей кровью, что не успокоюсь, пока не отомщу за мать и не верну имя отца».

Ну и лучшая фраза сериала: «Кстати, насчет твоего отца».

К. Жуков: Это сделало как минимум половину сезона. И уходит в закат, фактически в римскую толпу – мог получиться интересный третий сезон. Не знаю, правда, о чем. Там наверняка искали бы Цезариона, Октавия с Ливией бы срались. Но вот не получилось – все сгорело. Теперь вместо этого снимают дурацкие «Игры престолов».

Д. Пучков: Ну что сказать, дорогие друзья, сериал «Рим» закончился. Он был прекрасен. Я лично получил большое удовольствие. Сценарий отличный – для непричастных. Актеры великолепные. Режиссура что надо, декорации красивые.

К. Жуков: Выглядит круто.

Д. Пучков: Да.

К. Жуков: Некоторые диалоги можно в мраморе высекать. Даже, прошу заметить, те, что в переводе каком-нибудь энтэвэшном. Не смогли испортить.

Д. Пучков: Да.

К. Жуков: Потому что профессиональные люди писали сценарий. Диалоги шикарнейшие. Накал драматизма невероятный и почти не спадает. Это тот редкий случай, когда умудряются выдержать накал и каждая серия смотрится так же интересно, как предыдущая, и еще заканчивается так, что ты понимаешь, что нужно обязательно посмотреть следующую.

Д. Пучков: Я подозреваю, что в HBO наладили обучение и производство Карабасов-Барабасов, смотрящих над процессом, которые общую линию определяют. Мотивируют. Творцы сочиняют так, как надо. В результате получается вот такое произведение. Это не просто.