Читаем «Рим». Мир сериала полностью

К. Жуков: Хотя возраст у него, повторюсь, был уже не пионерский, а пенсионерский.

Д. Пучков: Как я. Я бы уже с саблей никуда не побежал.

К. Жуков: Это не как ты. Вот если бы тебе было 74, уже на грани, в общем…

Д. Пучков: Умирать пора.

К. Жуков: В общем, уже да. В Риме средний возраст 40 лет, а ему уже 54.

Д. Пучков: Зажился.

К. Жуков: Зажился, да. И при этом он бегал перед строем пешком с саблей.

Д. Пучков: Молодец. Какая разносторонняя личность – и везде талант.

К. Жуков: Да. После победы при Мунде он вроде бы должен был получить к диктаторским полномочиям еще и единоличное консульство, консул без коллегии. Правил бы один, получив всю полноту власти, которая есть только в Риме. Но он отказался и назначил вместо себя двух консулов-суффектов. Консул-суффект – это консул-заместитель, который выбирался, если погибал или умирал один из двух консулов. А тут, если я не ошибаюсь, практически небывалый прецедент: Цезарь назначил сразу двух консулов без выборов. Давайте вместо меня сразу коллегию целиком.

Д. Пучков: Гаврила и хомяк.

К. Жуков: Да. Тогда же Цезарь активно занялся своими знаменитыми реформами. Он реформировал судебное производство в Риме, издал свой свод законов, организовал новый календарик, которым долго все пользовались.

Д. Пучков: Юлианский.

К. Жуков: Да. Занимался градоустройством. При этом для укрепления своей власти он совершенно не стеснялся показывать всем, что это не просто так. Да, он талантливый, удачливый военачальник, ничего себе политик, но это все вторично. Самое главное, что он – сын Венеры, то есть бог. Ему ставили при жизни статуи, после триумфа, о котором мы будем ниже говорить, прямо в храме Юпитера Капитолийского статую на колеснице поставили. Так он всем намекал, что это навсегда. Потому что божественное выше человеческого в любом случае. А как писал Аппиан, Цезарь в это время говорил, что республика есть ничто без формы и тела. Это слова Аппиана, мы не знаем, говорил ли так Цезарь. Но, судя по его действиям, подобные мотивации у него имелись.

А тут у нас Атия, молодец, приехала к избитой Сервилии, которая лежит с замотанной головой и страдает…

Д. Пучков: Чем-то Юльку Тимошенко в кресле напоминает. На таких каблуках.

К. Жуков: Принялась глумиться: «Ой, как же тебя избили, какой кошмар, какой кошмар…»

Д. Пучков: Кто бы это мог быть?

К. Жуков: Да, в самом деле, кто бы это мог быть?

Д. Пучков: Сервилия, такая же гадина, не теряется, с каменной рожей все ловко парирует.

К. Жуков: Диалог замечательный. Такие две змеюки гнусные.

Д. Пучков: Жаба и гадюка.

К. Жуков: Атия, конечно, хвастается, что вокруг нее вьется столько просителей, только у Сервилии можно отдохнуть от них.

Д. Пучков: Как бы намекая.

К. Жуков: Ну и предложила посидеть возле себя на грядущем триумфе Цезаря, но Сервилия ловко отказалась. А Октавий между тем обнаружил свою сестру в храме Фавнии, которую римляне звали buona dea – добрая богиня, богиня плодородия.

Д. Пучков: Я бы заметил для тех, кто не обратил внимания, что на триумфе есть козырные места для аристократии, где серьезные люди сидят, откуда все видно. Атия звала Сервилию туда, куда абы кого не пустят. Если ты рожден ослом, то и будешь в стойле стоять, а приличные люди сидят на хороших трибунах. Видимо, это такой же серьезный подгон, как раб с известного размера инструментом.

К. Жуков: Нет, этот подгон гораздо серьезнее.

Д. Пучков: Круче, чем шесть бочек льда?

К. Жуков: Что ты! Оказаться на триумфе в ВИП-ложе! Тебя же все в ней увидят и сделают выводы. Как у нас на Мавзолее вокруг Брежнева стояли во время торжественных мероприятий люди и можно было прикинуть, кто с кем дружит.

Д. Пучков: Да.

К. Жуков: Кто на каких постах находится. Это, конечно, шутка. Но в Риме это примерно так и работало. Вот, смотрите, ложа триумфатора, куда он, собственно, следует, а вот кто около ложи сидит. И сразу понятен расклад политических сил. И у тебя с делами сразу будет полный порядок: тебе и в долг дадут на выгодных условиях, и какие-то вопросы коммерческие или политические проще будет решить.

Д. Пучков: Это одно и то же. Всегда все про деньги.

К. Жуков: И про торговлю. Может быть, тебе нужно быстренько пару либурн (торговых, грузовых кораблей) с хлебом из Египта вывезти, пока выгодная конъюнктура цен сложилась в Риме. Так тебе будет зеленый свет сразу, потому что тебе покровительствует человек, который сейчас будет триумф свершать. Это было очень важно.

Д. Пучков: Немедленно вспоминается х/ф «Бумер» – «Я Шмель, а это мои близкие».

К. Жуков: Да-да-да. Итак, Октавий нашел свою сестру, которая страдает, потому что поверила, что ее мамочка завалила ее мужа и сбежала из дома…

Д. Пучков: Доказательств никаких нет.

К. Жуков: Еще один шикарный диалог у них состоялся. Представляешь, сценарий к этой серии писала девчонка!