Читаем Ригодон полностью

Я на это и не рассчитывал… я вообще ничего не спрашивал… что нам остается делать?… Он возвращается в Швецию? Наши малыши тоже там… опередили его!.. Лучше бы подумали о нас! Прямо сейчас!.. Конечно, мы не спали, кажется, с Монмартра, так что мы должны бы к этому привыкнуть… чтобы было не слишком заметно… особенно в критические моменты… ничего тревожного, никто, кажется, еще не проснулся, кроме портье и этого Бернадотта… я говорю вам о холле гостиницы… банк еще закрыт… были ли у них когда-нибудь настоящие «тревоги»?… Да, два раза!.. бомба… они были «оккупированы»… доказательство: «Сопротивление»… я узнал позже, на собственной шкуре, что «викинги» чрезвычайно кровожадны, в тюрьме, я имею в виду, по отношению к заключенным… швейцар перед дверью встрепенулся, ожидает, что я с ним заговорю, но я прохожу молча… незаметно наступает день… видим театр в углу площади… с другой стороны посольство Франции… немцы его не тронули… оно осталось в прежнем виде, запертое и опечатанное!.. Но оно снова будет там после войны… возвращение посольских работников… датчане могут быть очень противными, но они никогда не будут хуже тех, что приедут из Франции, хочу сказать, по отношению к нам… на рассвете, перед отелем я ясно предчувствовал то, что готовилось, все виды развлечений, вам было бы над чем посмеяться… вы поедете, возможно, в Данию как турист… она того стоит… там вас заставят узнать самого себя… Kongsnytow, Королевская площадь… Кристиан IV… эта конная статуя… трамвай объезжает вокруг, вагоны очень длинные, желтого цвета… такие же, как в Брюсселе… я говорю Лили: идем посмотрим!.. Я хорошо знаю, что я хочу увидеть, вовсе не город! Я никогда вам не говорил!.. О нашей маленькой тайне, ни Харрасу, ни Ретифу, ни Ля Виге… речь идет о нескольких предметах и документах на дне сумки… о, многие, конечно, догадывались!.. Я смывался всегда вовремя, поймите, я не собирался ничего выставлять напоказ в этой огромной комнате, где, наверняка, повсюду были глазки, и микрофоны… я знал, что ищу, место по-настоящему уединенное… я пытался припомнить… на Хеллеруп, где, впрочем, сад – один из самых уединенных, там очень редко кого-нибудь встретишь… сад очаровательный, можно сказать, с одной стороны порт, с другой – трамвайная линия, и невероятное разнообразие цветов и деревьев, подобного разноцветья я никогда и нигде не видел… и к тому же этот сад абсолютно уединенный, вот главное… маленький порт, яхты, вы легко найдете, конечная остановка трамвая… я раздумываю, стоя на тротуаре перед гостиницей «Англетер»… но Лили захотелось прежде всего отправиться в магазин «Гренландия»… она видела в витрине костюмы из тюленьей кожи, высокие ботинки, расшитые цветами, просто великолепные, вероятно, из последних… остальное как обычно… «гренландцы» одеваются скучно, полуклерки, полуводопроводчики…

Я показываю Лили на часы: еще нет и семи часов. «Гренландия» закрыта… граф Бернадотт не двинулся с места… он, стоит на тротуаре, но не смотрит на нас… глядит прямо перед собой… глядит в никуда… наверняка, он не ждет трамвая… может быть, авто?… А, вот и трамвай… динь! Динь!.. Номер 11… я вам уже говорил, абсолютно желтый… Хеллеруп… наш!.. Очевидно, первый трамвай… «садись, Лили!» Я забираюсь, должен признаться, с немалым трудом… наконец!.. Лили и Бебер, притаившийся в сумке… я вам еще не рассказывал: по прибытии в Данию у меня были немецкие деньги, двести марок, так вот, портье освободил меня от них.

– Обменяйте все это! И никогда никому об этом не говорите! Вас немедленно отправят в тюрьму!..

Этим обменом «проклятых денег» меня впоследствии еще будут дурить раз двадцать… обычное мошенничество… он наскоро мне все обменял на датские кроны, этого должно было хватить на трамвай и даже, думаю, на гостиницу… других идей у меня не было, к счастью… он при этом еще спросил, нет ли у меня при себе оружия?… И есть ли у меня счет в банке?… Его обязанность – проявлять любопытство… Но он и так знал предостаточно… не правда ли?