Читаем Риганты. Том 2 полностью

— И вы упорствуете в том, что он ваш друг. Друзей нужно выбирать с осторожностью. Вам, очевидно, ее не хватило. Полагаю, Мойдарт тоже испытывает к вам какое-то расположение. Поэтому завтра вас повесят. — Пинанс обернулся к солдату, привезшему Рамуса в замок. — Отыщите для него камеру помрачнее. Там, — он снова обратился к аптекарю, — никто не помешает вам думать о дружбе и злодеях.

Пинансу не удавалось уснуть. Такое с ним случалось нечасто. Обычно он клал голову на подушку, мгновенно забывался и просыпался в бодром расположении духа. Однако этой ночью его стали преследовать кошмары. Сначала какое-то чудовище тянуло его за пятку в озеро. Пинанс проснулся в холодном поту и с судорогой в левой ноге. Потом он бежал по лесу, и за ним гналось что-то, на что он даже боялся обернуться. И снова проснулся.

Возможно, решил он, наливая себе вина, Искупитель был прав, и не стоило оставаться в замке. Видимо, враждебные заклинания как-то повлияли на сон.

Третий кошмар превзошел предыдущие. Кто-то легонько постучал по лбу, и, когда Пинанс открыл глаза, рядом сидел Мойдарт.

Перед глазами что-то мелькнуло, и он понял, что это лезвие кинжала. Пинанс закрыл глаза в поисках спасительного сна. Острие кинжала коснулось щеки.

— Уходи, — сонно пробормотал Пинанс.

Острие вонзилось в щеку. Боль была слишком реальной, Пинанс вздрогнул, отчего поранился еще сильнее.

— Вот так, — сказал Мойдарт. — Теперь вы проснулись, кузен Пинанс?

Кинжал скользнул вдоль лица, и острие уперлось в горло.

— Но как?..

— Я никуда не уходил. Отступило лишь мое небольшое войско, а я остался в замке с несколькими верными людьми. О, вы не знаете, что такое настоящий Эльдакр! Мои предки позаботились о том, чтобы в потайных ходах не было недостатка. Некоторые, правда, слегка узковаты и не слишком удобны.

— Почему вы не убили меня во сне?

— Нельзя так просто убивать знатного человека, кузен Пинанс. Смерть должна соответствовать положению. Бабушка рассказывала, что дух человека, умершего во сне, так и будет бродить неприкаянным, не зная, что он уже умер. Заблудшие души. Я бы не хотел, чтобы ваша душа заблудилась. У вас в отличие от меня, полагаю, есть душа?

— Вы слышали мой разговор с аптекарем?

— Да. Забавный человечек, не находите? Я немало удивился, когда узнал, что он мой друг. Должен признать, это меня даже тронуло. Видимо, с возрастом я становлюсь сентиментальным. Вы же — становитесь глупцом. Ну повесите вы его, и к кому побежите после очередной шлюхи?

— Проклятие, убейте меня, и покончим с этим!

— Тише, кузен Пинанс. Дайте мне насладиться моментом. Скажите, неужели вы действительно хотите изрезать мою картину?

— Не моргнув глазом.

— Вам ведь она так нравилась? Вы хвастались ею всем друзьям. Подумать только, первый, кто купил картину неизвестного художника! Кто открыл его гений!

— Да, — признался Пинанс, пытаясь выиграть время. Лезвие кинжала все крепче прижималось к его горлу, не давая шанса вырваться. — Да, она мне нравилась. Я часто любовался ей, гадая, кто мог написать такое. И не понимаю, как художником мог оказаться человек, погрязший во зле.

— Загадочно, не правда ли? — согласился Мойдарт. — Ну что ж, я был рад побеседовать. У меня еще много дел.

— Нет! — в отчаянии вскрикнул Пинанс.

Лезвие полоснуло по горлу, кровь хлынула на подушку. Пинанс попытался вскочить, ударить противника, но силы оставили его.

Незадолго до рассвета армия Мойдарта тихо, без фанфар, вернулась в город и, не пытаясь напасть на врага, остановилась к югу от замка и начала натягивать палатки невдалеке от лагеря захватчиков.

К ним подошло несколько солдат Пинанса и замерло в полном недоумении.

— Что, война закончилась? — крикнул один из них.

— Наверно, да, — раздалось в ответ.

Никто не поднял мушкет и не начал драки. Когда солдат собралось слишком много, появился капитан и спросил:

— Что тут происходит?

— Эльдакрцы вернулись, сир. Война закончилась. Офицер, озадаченный не меньше солдат, подошел к Галлиоту Приграничнику, руководившему натягиванием палаток.

— Сир! Что происходит?

— Мне приказали разбить здесь лагерь. У вас какие-то проблемы?

— Проблемы? — рассмеялся офицер. — Мне внушили, что мы идем сражаться с врагом. И этим врагом должны быть вы. Но вы здесь, как ни в чем не бывало! Я был бы не прочь узнать, что происходит.

— Прекрасно вас понимаю, — согласился Галлиот. — Армии всегда все сообщают в последний момент.

— Да, к сожалению.

— Я слышал, что скоро Мойдарт выступит перед войсками, — добавил Галлиот.

— Мойдарт? Они с Пинансом заключили мир?

— Я знаю не больше вашего, капитан, — ответил Галлиот, разведя руками. — А теперь, извините, мне надо убедиться, что никто не остался без крыши над головой и завтрака.

— Конечно. Если вы узнаете что-нибудь, прошу, сообщите мне.

— Разумеется, — пообещал Галлиот.

Капитан направился сообщать о происходящем сослуживцам.

Когда первые лучи солнца озарили восточные горы, несколько человек вынесли из замка стол и установили рядом с лагерем армии Пинанса, затем принесли стул с высокой спинкой.