Читаем Резервист полностью

– Так, Коль, смотри. – Я присел на скамеечку за проходной в тени здоровенного дерева. Не поймешь что, если честно: хвоей похоже на пихту, но вот крона как у хорошего дуба. Но тени дает много, да и пахнет от него здорово, хорошее дерево, таких в нашем городке немало, строители и дорожники оставили. – Ты отработал пять дней, из них по десять часов нормы. Вот, видишь они? По два экю сорок центов за час. Так, из этой нормы ты шестнадцать часов отработал под открытым небом после двенадцати часов, вот эти дополнительные экю двадцать за час. Еще десять часов сверхурочных, они на два умножаются, то есть еще сорок восемь экю. Итого сто девяносто одно экю двадцать центов. Минус налог пятнадцать процентов. Вот остаток у тебя в конверте и лежит. Вообще-то неплохо получается. Смотри, в этом мире в месяце пять с половиной недель, даже чуть больше. Сейчас ты на окладе в семь сотен, но это ведь испытательный срок. Реально же, если мы так будем работать, у тебя зарплата подберется где-то к тысяче экю. А это, если считать на баксы, по которым ты скучаешь, около трех тысяч. Неплохо? – Я отдал Кольке распечатку, а потом положил свой конверт с деньгами в нагрудный карман.

Нам с Маликом, кроме того, была выдана еще одна ведомость. За перевозку оружия и боеприпасов из ППД в комендатуру Солнцегорска – РА выплатила нам по сотне за аренду машин, по тридцать за исполнение обязанностей водителя и по десять за работу грузчиками. Неплохо, однако. Можно сказать, здорово!

Так что я шел домой весьма довольным. Не знаю, как насчет бизнеса, но работать в протекторате можно.

– Так, Володь, ты мне винтовку взять не забудешь? – Малик выдернул меня из приятных размышлений.

– Да не забуду, сразу, как приду домой, в машину обе винтовки положу и патронов по полсотни, хватит на охоту. Ты не проспишь, все-таки в четыре выезжаем?

Я поправил кобуру с «таурасом» на поясе. Завтра большая часть мужиков выезжала на охоту, точнее, на заготовку мяса на зимний период. Заготовки проходили организованно, часть должна была ехать бить небольших крокодилов на Ориноко, гидропенсионеры собирались на водохранилище, бить птицу, прилетевшую на зимовку, благо у них остался допуск на объект. Мы с Маликом, Коляном, Толей, Артемьевым и еще десятком мужиков и парней решили поохотиться на одичавших коров и мустангов.

На зиму, по словам Рабиновича, на склады городка должно лечь около шестидесяти тонн мяса и рыбы, плюс в каждом доме морозильные камеры должны быть забиты под завязку. Правда, домашние морозилки (кстати, совместного с Москвой производства) здесь выпускали небольшие, на пятьдесят килограммов. В город сейчас везли крупы, сахар, макароны, муку, консервы. Лавочники и администрация складировали их во внушительном ангаре между заводом и зданием администрации. Вдоль заводского забора стояли теплицы с овощами, принадлежащие семье корейцев, которые высаживали их как раз так, чтобы к сезону дождей они вошли в период плодоношения, а так-то и под солнышком все великолепно росло.

К домам привозили дрова и уголь, я вчера отлетов, то есть отходов с лесопилки, выгрузил целый грузовик, резал на полуметровые куски, чтобы лезли в печку, и складывал под навесом. Там же стояли три большущие корзины с углем, но не бразильским, а нашим, бурым, который добывают возле Амазонки, за ППД, если ехать в сторону Имамата. Уголь так себе, для промышленности не идет, но горит хорошо, печь и камин топить пойдет. Короче, все запасались.

Олеся тоже без дела не сидела, кроила и шила занавески, благо народа много переехало, а мода на всякие римские шторы и ламбрекены в Новой Земле не прошла. К моей любимой даже очередь из хозяек выстроилась – на два здешних месяца вперед как минимум, и это при том, что Олесе пришлось девчонку-швею нанимать на вторую машинку, благо ей глава с арендой помещения помог. Пока временно, а там видно будет. Тоже дополнительная забота – позавчера до утра не спал, собирал ей рабочий стол и машинки. И потом весь день как сонный мух ходил, зевал. Короче, ну очень деловая девушка, приходилось вечерами ей кисти и пальчики, натруженные ножницами, массировать. Потом все плавно перетекало в кровать, где уже мне делали короткий массаж плеч, ну а потом… Короче, здорово, мне очень повезло, что я встретил эту девушку.

Мне вообще нравится наблюдать за ней, как она ходит, как убирает мешающий локон, как вытаскивает рыбешку из Бушуйки, как общипывает булочку. Любовь, что скажешь, и это прекрасно.

Солнцегорск, Протекторат РА.

22 год, 17-й день 10-го месяца

У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!!! – в закрытое москитной сеткой окно ворвался оглушающий рев сирены.

Я подскочил на кровати, сонно полупал глазами. И рванул в ванную комнату, умываться. На ходу вытер лицо полотенцем, пробежал в коридор, потом на кухню, включил маленький сетевой приемник-громкоговоритель.

Выслушав объявление, зашел в спальню, на кровати, прижав колени к груди, сидела Олеся и испуганно глядела на меня.

– Володь, что случилось? Почему сирена?