Читаем Резервист полностью

– Так, Семеныч, это же минимальные сроки. Я весь свод законов наизусть выучил, – удивленно сказал Колян. – Чем ты недоволен?

– Я недоволен тем, что должен думать за этих идиотов об их детях! Блин, ну некоторые не понимают, что живут в другом мире и в другой стране! У Игнатьевых два сына и дочь. Куда их девать было? Они, мол, не думали! Ладно, посидели с детьми и родителями после суда, поговорили. Старшему уже пятнадцать, он готов учеником токаря за станок встать в нашем мехцехе. В результате и зарплата будет, и договор на дом на него переоформили. Плюс пособие для младших, ну и земляк их, Варламов с женой, попечителями стать согласились.

Да уж, неприятно. Мир хоть и новый, но люди приезжают из старого, и у многих остаются дурные привычки. Это не здешние парни, которые с молоком матери всосали истину, что оружие – инструмент для поражения цели. И что ответственность за использование инструмента полностью лежит на пользователе оного.

– Ладно хоть такое редко происходит, – проворчал профорг. – За прошедшие два года это второй случай.

– Ну зато несчастных случаев с оружием хватает, – заметил я. – В прошлом месяце мальчишка сестру из ПМ подстрелил, помните? Хорошо хоть не насмерть. Интересно, он живой еще? – Новоприбывший семнадцатилетний парень очень серьезно ранил свою родную сестру, играя с пистолетом. Ему судья предложил выбор – или пять лет таскать шпалы, или два года отслужить в штрафбате РА. Парень выбрал штрафбат.

– Конечно, живой. Ему почти год в учебке предстоит провести. Правда, штрафную учебную роту гоняют так, что и егерям мало не покажется. А в сам батальон он только подготовленным спецом попадет. И на границу с «чехами», в джунгли. Егеря в этих местах посменно, а штрафбат постоянно. Впрочем, больше трех лет штрафбата не дают, и если хочешь, то после срока ему прямая дорога в егеря. Ну и как у Сталина: искупил кровью – свободен. Ладно, парни, хорош болтать, работайте. – И Семеныч ушел.

А мы принялись раскидывать чертежи на группы. Нужно будет на склад пиломатериалов заявку делать и ведущему инженеру на подпись тащить. Вообще за последний месяц с деревом работали больше, чем с металлом.

Уже вечером, когда мы с Маликом шли домой, из недавно открывшегося оружейного магазина под скромным названием «Пороховой погреб» вышел хозяин, Евгений Лысуха. Его мы как раз знали неплохо, вместе поработали в РМЦ. Просто он свой обязательный год отпахал и решил выйти на вольные хлеба. Оказывается, это было мечтой всей его жизни – стать владельцем оружейного магазина. Деньги у него какие-то имелись, так что Лысуха взял в аренду небольшую лавку на Набережной, зарегистрировал ЧП в поссовете и повесил вывеску. С тех пор мы уже пару раз покупали у него патроны для автоматов, не нужно было просить у шоферов, чтобы привезли из Демидовска, или ехать за патронами самим. А стоимость такая же, Евгений на разнице зарабатывал. Правда, ассортимент оружия пока был блеклый, по-другому не скажешь. Пара АКМ, три АК-74, десяток мосинок и столько же СКС. Еще пара G3 старого образца, две М16, видимо, на трофейном складе купил.

– Володь, Малик, привет. Зайдите в магазин, ребята, разговор есть на пару минут, – Лысуха приглашающе открыл дверь.

– Здорово, Жень. Что стряслось? – здороваясь с хозяином, поинтересовался я. Зашедший следом Малик тоже пожал руку начинающего торговца оружием.

– Садитесь, разговор минут на десять, а в ногах правды нет. – Лысуха уселся на скамью возле столика под кондиционером (кондиционер был одной из самых дорогих вещей в его магазине). Мы устроились на скамье напротив.

– В общем, так, ребята. Мне сказали, что вы в командировку на базу «Северная Америка» едете? – Он дождался подтверждения. – Парни, сможете купить мне там пулеметы и винтовки вроде М14 или AR-10, из недорогих? Штук по десять хотя бы? А пулеметов – сколько получится.

– Жень, а на кой тебе столько пулеметов? – удивился я. – Винтовки – ясно, неплохой калибр для охоты и вообще, но у тебя же две «немки» стоят. Неужели достать не можешь с трофейного?