Читаем Резервист полностью

Написав, что прибыл на место, люблю и скучаю, расплатился за отправку и пошел к пушкам. Пока не стемнело, надо было с парнями прикинуть расписание работ. Но в первую очередь необходимо было сделать навесы над пушками, а то сейчас к ним прикоснуться страшно, до такой степени раскалились на солнышке к вечеру.

Рядом появился Малик.

– Ну что думаешь? Ты вроде инструкцию читать начал? – спросил я у него.

– Не инструкцию, а «Руководство службы тридцатисемимиллиметрового орудия…» и так далее. Нормально, ничего чересчур сложного. Как думаешь начинать?

– Так же, как и ты, с начала. Сначала поймаем этого команданте, утвердим у него график работ, список рабочих-помощников, после этого займемся. Я так думаю, сначала сделаем навес для мастерской, установим оборудование, потом выроем котлованы под фундаменты, соорудим навесы над пушками, после этого переберем пушки, а уже потом поставим их на место, как раз бетон схватится. Дальше уже пойдет отделка, обдерем старую краску, покрасим. Как считаешь?

– Нормально. Потом надо холостыми или инертными снарядами проверить работу механизмов перед стрельбами. За неделю ведь управимся, как думаешь?

– Наверное. Посмотрим. – Я становлюсь ужасно суеверным, когда говорю о работе. «Не хвались, на рать идучи!» – в принципе это же относится к любому ремонту. Никогда не узнаешь, что внутри механизма, пока не разберешь и не отмоешь. – Пошли вниз, на Залив посмотрим.

Я двинулся к обрывистому берегу. Малик, поправив свою здоровенную кобуру со «стечкиным» на поясе, пошел за мной. Автоматы мы оставили в своей хижине, так как в поселке все ходили только с пистолетами и револьверами. Сам поселок охраняли несколько пеших дозоров, пара минометных гнезд с нашими восьмидесятидвухмиллиметровыми минометами, три пулеметных гнезда вдоль берега, из которых два были с американскими М2, а одно, на восточном берегу, на горушке рядом с причалом, с нашим КПВ на пехотном станке. Хотя ЗПУ явно оказалась бы удобнее.

– Камрад, осторожнее. Справа на берегу, метрах в пятидесяти отсюда, живет семья морских выдр. Сильно большие, могут очень напугать. Слышишь, свистят? – Да уж, здесь все кубинцы русский знают, что ли? Как этот паренек на посту с визиром. Сейчас он недовольно щурился, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь у континентального берега. Солнце уже начало опускаться, наблюдателей слепило. А когда светило опустится пониже, вообще ничего видно не будет. Не самое лучшее место для батареи, которая должна блокировать пролив. И так по максимальной дистанции далеко будет, парой снарядов не отделаться.

– Вы что, все русский учили? Я-то думал, придется учить испанский, – спросил у паренька.

– Ага, каждый сезон дождей три-четыре часа в день. Все равно заняться чем-то надо было, русский нужен, мы в состав Протектората РА вошли – на правах автономии. Так что вы внизу осторожно, выдры сами не атакуют, но чужих не очень любят. – Акцент и некоторые ошибки все-таки у парня были.

Снизу доносился веселый свист. Спускаясь по наклонной тропинке, надо признать, не очень удобной даже для меня, хоть я не раз бродил с рюкзаком в горах, увидел крупных морских животных, которые плескались около берега. Игра этих сильных, очень гибких и стремительных зверей завораживала. Темно-коричневые, с плоскими и длинными хвостами, сильными лапами с перепонками между пальцев, длиной больше трех метров, звери шалили, как маленькие дети. Потом, поглядев на нас и свистнув на прощанье, они нырнули и выплыли метрах в сорока от берега, внимательно следя за нами. Пасти у них, между прочим, были украшены зубками, которые сделали бы честь леопарду.

Малик присел и зачерпнул ладонью морской воды, попробовал на вкус, неодобрительно сморщился и сплюнул.

– Тьфу, соленая, как ее пить можно?

– Ну, наверное, солей поменьше, чем в том мире. В Средней Азии много источников с соленой водой, ничего, пили. А в пустынях воде просто очень радовались. Ладно, пошли пройдемся, пока не стемнело, потом явно не до этого будет.

Я пошел налево вдоль берега по каменистому пляжу. Слева от меня поднимался крутой склон острова. Малик последовал за мной.

Метрах в ста пятидесяти мы нашли идеальное место для купания, что подтверждали две молодые кубинские парочки, плескавшиеся в фактически большой луже. Видимо, приливом воду наливало в естественное углубление в скале и получался небольшой прудик. Ополоснувшись, неторопливо пошли обратно.

– Володь, ответь Коляну. Прибыла комендантша, просит явиться для инструктажа и получения задания, – ожила рация на поясе.

Наверху нас уже поджидали наши братки, беседующие с молодой, подтянутой женщиной в шортах и блузке с погонами капитана. Как и у всех, на поясе у нее висела кобура с пистолетом, по-моему, с «глоком».

– Здравствуйте, сеньора комендант, – поздоровался я.

– Вообще-то сеньорита. Можете звать меня Терезой Франциской, вы не мои подчиненные. Как оцениваете возможность ремонта и установки этих пушек? – Она поглядела на нас строго, словно учительница старших классов.