Читаем Революция.com полностью

Революция усиливает уже имеющиеся в обществе настроения. Как и в случае пропаганды, усиление напряжения обязательно должно сопровождаться демонстрацией выхода. Революция – это действительно выход из ситуации, созданной искусственно или естественно введенным напряжением. Чем большее число людей увидят в революции выход для себя, тем более успешной она будет. Оранжевая революция давала выход в виде голосования, чем легитимизировала свое движение вперед.

Оранжевая революция должна была решать ряд задач и в среде своих сторонников, среди важнейших назовем следующие:

• разбудить (поднять) активность массового сознания;

• удержать активность (агрессивность) на определенном уровне, не выходя за его пределы;

• вооружить своих сторонников аргументацией для бесед с их противниками.

Оппозиция должна все время инициировать определенные действия, одновременно запрещать определенные действия, чтобы не было массовых беспорядков, но к которым все равно призывали некоторые члены комитета национального спасения.

В принципе революция занята конструированием нестабильности, в то время как власть занята конструированием стабильности. Если в семиотическом плане оппозиция порождает знаки нестабильности, например, массовые шествия, блокирование зданий, то власть должна порождать знаки стабильности (например, колонны милиции). Однако и нестабильность должна носить приметы системности и цивилизованности, чтобы не выходить за пределы, как это было в случае погромов в Киргизии-2005.

Леонид Бляхер говорит о социальном хаосе, характеризуя поведение в нем следующим образом: «Человек, ввергнутый в социальный хаос, стремится как-то компенсировать обнаружившуюся ущербность, лишенность. Он ищет группу, в которой возможно обретение желательной статусной ренты, воссоздание наглядности картины мира, интерсубъективной реальности» [19]. То есть явно присутствует желание получить от кого-то и картину мира, и определенную социальную защиту. Кстати, революция также требует принятия определенных решений, что также непросто для человека массы. Вероятно, более удобным путем становится присоединение к какому-то харизматическому лидеру, что и должно в результате обеспечить весь набор нарушенных потребностей.

Революция «продает» одновременно страх и счастье. Страх активно присоединяется к представителю власти, счастье – к представителю оппозиции. Украина-2004 сделала власть бандитской, в то же время население в пропаганде другой стороны должно было подготовиться к разделению на первый, второй и третий сорт. Киргизия-2005 наглядно продемонстрировала, что в результате лучше согласиться на любую власть, чем на погромы. Страх делает человека активно впитывающим новую картину мира, поскольку старая не дает ему безопасного существования. Предложение выбрать между «страхом» и «счастьем» имеет только одно решение.

Следует поддержать правильность мнения Юрия Солозобова, который заявил следующее: «Успех восстания во многом определяется тем, что всякая революция реализуется не против конкретного политического лица в пользу другого лица. Скажем, «единого кандидата от оппозиции», каким бы привлекательным (или наоборот!) не было это лицо. Революция всегда направлена против сложившегося дисциплинарного порядка. Например, киевское городское восстание вовсе не сводилось к «свержению Януковича». Оно не было также выступлением «всех украинских сил против России». Целью оранжевой революции был демонтаж опостылевшего «коррумпированного режима», а также изменение принципов легитимности власти в пользу устойчивой процедурной демократии» [20]. То есть речь идет не только об искусственных, но и о вполне объяснимых естественных процессах.

Сегодня Россия не понимает механизмов революции и не принимает ее. Станислав Белковский заявляет, что в основе развития украинско-российских отношений лежит «субъективное отношение Владимира Путина к прошедшей оранжевой революции, которую он ненавидит постольку, поскольку не понимает ее причин и механизмов. Несмотря на это, Кремль сформулировал официальную доктрину, согласно которой в оранжевой революции виноваты Соединенные Штаты, политико-технологический ресурс которых существенно превосходит российский, поэтому Россия не смогла ничего поделать, хотя и была убеждена в необходимости победы Виктора Януковича. В глубине души Путин знает, что обязательства, которые США взяли на себя в июне прошлого года и которые заключались в том, что Вашингтон не будет мешать победе Януковича, выполнялись достаточно безукоризненно вплоть до декабря. Больше того, посол США в Киеве предотвратил захват администрации президента Украины, надавив на Виктора Ющенко» [21].