Читаем Революция.com полностью

Для этих целей создается разрыв стабильности именно в поле, обеспечивающем легитимность. Скандал как инструментарий именно этого рода характеризуется следующими особенностями:

• введение элементов неуправляемости, демонстрируемых властью;

• подталкивание власти к ошибочным действиям;

• вовлечение как можно большего числа людей в число свидетелей этих процессов.

Эта слабо управляемая среда создается вполне объективно, чему способствуют следующие факторы:

• создание опровержения всегда является более сложным процессом, чем создание обвинения;

• продвижение негативной информации более соответствует моделям функционирования массмедиа, чем продвижение позитивной информации;

• население всегда предрасположено стать на сторону оппозиции власти.

Продолжительность поддержания информационной версии скандала в СМИ является степенью отражения существования протестного потенциала в обществе. Власть несколько раз пыталась завершить скандал в случае сына Виктора Ющенко. В первом случае это было эмоциональное высказывание самого Ющенко, которое привело к переводу скандала на новый уровень, что позволило, например, С. Тарану сказать следующее [цит. по: 48]: «Демонстрация такого отношения к журналистам со стороны президента свидетельствует о том, что он перестал быть национальным лидером, а стал обычным политиком, хотя и популярным, однако не таким, который мог бы служить моральным гарантом для общества». Кстати, Дэвид Герген анализирует американских президентов по тому, как они сами могут выдвигать героическую планку, а затем соответствовать или не соответствовать ей [39].

Второй вариант завершения был сделан ответной массированной «атакой» власти с разъяснением позиции президента, где делалась попытка перевода ситуации в конфликт отца и сына, с одной стороны, и в конфликт уровня нарушения правил движения, с другой. И третий вариант разрешения возник, когда Виктор Ющенко позвонил журналисту «Украинской правды» С. Лешенко из Крыма.

Следует признать, что полное завершение скандала такого уровня представляется проблематичным. О нем могут просто временно перестать говорить, но он уже вышел на уровень факта, на который сторонники Ющенко могут закрывать глаза, а его противники всегда смогут реанимировать.

Скандал является сложным инструментарием воздействия, поскольку в результате его применения возрастает элемент неуправляемости, поэтому применение его всегда связано с работой на проходящие или будущие выборы. При этом естественные процессы начинают искусственно удерживаться и иногда гиперболизироваться, чтобы достичь в результате нужного вида воздействия на массовое сознание, сквозь фильтры которого, условно говоря, может пройти только плакат, но не акварель.

Скандал представляет собой работу с долговременными единицами, например ценностями. Билл Клинтон отбивался от атак из прошлого. Ситуация с Моникой Левински, как считают некоторые аналитики, хоть и не принесла в результате импичмент Клинтону, но в долговременной перспективе она приостановила тренд демократического президентского правления в США. Кстати, республиканцы приходят во власть, неся на своих знаменах моральные ценности.

У политика есть три варианта реагирования на негатив: сокрытие, отрицание, покаяние. При раскручивании скандала он, как правило, проходит все эти три типа, пытаясь уклониться от развития скандала, который все равно настигает его.

Попавший в эпицентр скандала политик начинает вести себя не всегда адекватно. Аналитики вообще говорят о поведении политиков как о варианте ограниченной рациональности, поскольку существует множество отклонений от абстрактной рациональности [49]. Но особенно следует говорить, вероятно, об ограниченной рациональности избирателей. Именно так можно трактовать формулы Дик Морриса по поводу скандалов Б. Клинтона: «Общественные ценности побеждают частный скандал» [50. -С. 515]. То есть на первое место выходил президент, решающий проблемы своих избирателей. Если он делает это хорошо, то избиратели теряют интерес к его частным делам.

В то же время ценности со стороны республиканцев носили негативные формулировки [50. – С. 208]: анти-геи, анти-секс, анти-матери-одиночки, анти-аборты. И это затрудняло их продвижение в массы, поскольку, вероятно, даже по уровню абстрактности они оказались сложнее для восприятия.

При этом использовались приблизительно такие же методы, как мы сформулировали выше. Например, по поводу скандала Уайту-отер А. Моррис дал в 1996 году следующий набор советов президенту [50. – С. 285–286]:

• по мере нарастания атак увеличить публичное внимание к вопросам ценностей;

• акцентировать связи между прокурором Старром и его табачными клиентами;

• самому президенту никогда не упоминать Уайтуотер или любой другой скандал, предоставив все юристам.