Читаем Ретт Батлер полностью

Скарлетт стояла на палубе, огромный лайнер покидал причал, и только это произошло, только корабль начал медленно удаляться от берега, она увидела его. Как будто у нее всегда была надежда, что он непременно придет. Джон одиноко стоял на причале и махал рукой, глядя на взволнованную новым и последним свиданием Скарлетт. Так же взволнован был и Джон. Пока было можно, Скарлетт смотрела, как он махал ей вслед. Но корабль удалялся все дальше и дальше от причала, Скарлетт уже не видела Джона, она просто знала, что он там.

Много времени прошло, пока Скарлетт вернулась в каюту и нашла Кэт уже спящей в своей кровати.

Для них обеих путешествие было утомительным.

Скарлетт вспоминала свой недавний путь в Англию. И она была с Джоном, не с Реттом… их прогулки по палубе, бесконечные разговоры… вечера, когда они ходили танцевать. Она выглянула в иллюминатор и увидела птицу, летящую к берегу, возвращающуюся домой, вспомнив при этом слова Джона: неважно, что произойдет между ними, но он отпустит Скарлетт как свободную птицу, домой. У Джона и Скарлетт были свои собственные жизни, свои пути, свои миры, и не создал Бог для них общей дороги, общей судьбы. В своей жизни она любила только двух мужчин и была любима ими. Она вернется к Джону, он совершенно необходим ей. От этой любви Скарлетт почувствовала себя намного спокойнее, возвращаясь домой. Кэт заметила это.

– Ты полюбила Джона? – спросила она на второй день их поездки, Скарлетт долго смотрела вдаль, прежде чем дать ответ.

– Он очень помог мне, – хотя это и не было ответом на вопрос, и Кэт поняла это, но промолчала. Дорогой ценой досталось Кэт понимание того, что иногда бывает лучше, когда некоторые вопросы остаются без ответа. Не поняла она только одного, какую помощь имела в виду мать.

– Как ты думаешь, Бо узнает? Я имею в виду Боксли, – Кэт боялась этого больше всего.

– Может быть, нет, если ты сама сохранишь все в секрете, и не проболтаются дети.

– А если они скажут? Или кто-нибудь другой?

– А что сделает Бо? Он ничего не сможет сделать. Вред причинен тебе, твоей душе, это имеет значение, в первую очередь, только для тебя. Если ты переживешь это зло, ты победила. Ты получила серьезный урок, о котором должна помнить всю жизнь. И главное, чтобы ты смогла с достоинством выбраться из этого. Остальное не имеет значения. – Кэт с облегчением вздохнула. Мать протянула к ней руку, дочь нагнулась к ее руке и поцеловала.

– Спасибо, что ты спасла меня от всего этого, – это была правда. Как и то, что за время этого путешествия Скарлетт и сама получила урок, за который благодарила судьбу.

– Я и впредь буду спасать тебя, – Скарлетт улыбнулась, закрыла глаза, откинувшись в кресле, но тут же молниеносно открыла их снова. – Нет уж, никогда впредь больше так не делай.

– Я постараюсь, – засмеялась Кэт.

Большую часть времени Скарлетт с дочерью проводила в каюте, читали, спали, разговаривали и лучше узнавали друг друга в своем новом для них обеих состоянии. Кэт по-прежнему мечтала о карьере в театре. Скарлетт говорила, что нужно немного подождать, пока не исполнится 18 лет, и пока Кэт не будет вести себя лучше. Девушка безропотно соглашалась. Эксперимент с Боксли напугал ее и заставил задуматься о тех мужчинах, с которыми ей приходилось встречаться. Ей хотелось, чтобы с этих пор ее всегда и везде сопровождала мать.

– Придет время, и ты разберешься, как поступать с мужчинами, – но Кэт была уже не уверена в этом, и говорила, как она завидует Салли, которая не хотела ничего, кроме семьи, дома и детей. И ничего более волнующего, чем приготовление ужина для мужа.

– Но выдающаяся судьба не для каждого, – сказала Скарлетт, – только для единиц. И тот, кто находится за границами этого магического круга, не может этого понять.

Наконец их путешествие закончилось, и они вздохнули с облегчением, когда корабль причалил в порту Нью-Йорка. Кошмар кончился, и обе знали, что он тяжелым воспоминанием останется в их памяти. Сходя с парохода, Скарлетт все еще скучала о Джоне, который послал ей цветы на палубу судна с запиской: «Я люблю тебя и буду любить всегда. Прощай. Д.» То же самое она получила в отеле Нью-Йорка. Она стояла, глядя на цветы, трогая браслет на запястье, потом положила записку в сумочку.

Они с Кэт только ночь провели в Нью-Йорке и через четыре дня были уже дома, где их радостно встретили Салли и Фрэдди поцелуями и слезами и большим шоколадным тортом.

Они наслаждались покоем и больше всего мечтали о том, чтобы подольше оставаться дома и никуда не уезжать. Но скоро от Бо пришла телеграмма, они с Джейн вернулись из свадебного путешествия и ждали Скарлетт с детьми к себе на празднование Дня Благодарения.

У Джейн и Бо было все хорошо, и ни от кого уже не было секретом, что Джейн ждет ребенка. Дэвид был от этого в восторге и заказал внука. Салли приготовила свою индейку, она умоляла Джейн разрешить ей приехать к ней через несколько месяцев, чтобы помочь с младенцем.

– А что буду делать я все лето, пока ты нянчишься? – возразил Фредди, но его успокоил Бо, вмешавшись в разговор: