Мальчик сел и восторженно устремил взгляд на мать.

– А что это такое?

– Это история, которую актеры исполняют на сцене. Когда-нибудь мы пойдем с тобой в детский театр. Ты хочешь? – Филипп кивнул, но тут же глаза ребенка наполнились слезами, он вскочил и прижался к ногам Кэт. – Не хочу, чтобы ты уезжала, мамочка.

– Но я быстро вернусь, милый мой! Всего несколько дней. Ты будешь ждать подарков, которые я привезу из Нью-Йорка. – Филипп согласился, Кэт вытерла ему слезы и обняла сына.

Он тревожно уточнил:

– А сколько дней это будет длиться?

Кэт загнула пять пальчиков, моля Бога, чтобы их в самом деле было пять.

И Филипп, громко всхлипывая, кивнул и протянул руку: – Ну, вот это другой разговор. – Он притянул Кэт к себе, заставив ее наклониться, и поцеловал мать в щеку.

– Конечно, поезжай. – Они вместе вышли из комнаты, рука в руке. Кэт отвела Филиппа поиграть к Патерсонам, пока не пришла няня.

Через полтора часа после того, как Кэт простилась с сыном, она ехала в одиночестве в сторону вокзала. Билл больше не обсуждал с женой этот вопрос. Кэт оставила мужу записку, где написала, что вернется через 5–6 дней и оставила в записке название отеля, где собиралась остановиться. Никогда не суждено было Кэт узнать, что муж, придя домой в тот вечер, разорвал записку и выбросил ее в контейнер с мусором.

ГЛАВА 67

Вместе с остальными пассажирами Кэт торопливо покинула вагон. На ней был черный костюм, пара украшений из жемчуга и серьги из оникса, которые она не носила уже много лет. Серьги принадлежали в свое время матери, были большие и красивые. А грудь украшало ожерелье, много лет назад подаренное ей Бо. Всю дорогу до Нью-Йорка она была в страшном напряжении, не в состоянии представить, чем обернется для нее посещение этого города: кошмаром или сказкой. Пока поезд преодолевал пространство, пересекая страну, тысячи воспоминаний всколыхнулись в ее голове:… отец… Барт… театры… Бо… вечера… мать… квартира Бена. Воспоминания напоминали бесконечный калейдоскоп, от которого Кэт не могла оторвать глаз. Облегчение наступило, когда Кэт шла по перрону. Она в изумлении остановилась, увидев отца. Ретт стоял посреди обтекающей его толпы и с улыбкой смотрел на Кэт.

Он заметил промелькнувшее в ее глазах недоумение и, засмеявшись, пошел навстречу.

– Здравствуй, девочка. Ты не рада видеть меня?

Кэт прижалась к отцу и с облегчением засмеялась:

– О чем ты говоришь, папа. Просто я не ожидала, что ты знаешь.

– О твоем приезде? – Ретт ласково поднял голову дочери и поцеловал ее в лоб. – Я все вытянул из этого старого интригана и… Кэтти, девочка, я поздравляю тебя.

С лица Кэт исчезло напряжение, и она счастливо улыбнулась.

– А теперь пойдем в машину, я отвезу тебя домой.

Кэт испуганно взглянула на отца.

– Но, папа, у меня мало времени. А мне еще надо увидеть Нортона.

Ретт рассмеялся: – Ты думаешь, я собираюсь запереть тебя в своем доме? Достаточно уже и того, что тебя муж прячет, – при упоминании Билла лицо Кэт вновь омрачилось, и Ретт заметил это.

– Ты права, не будем говорить о нем. Значит, программа такая. Сейчас мы едем домой, и ты по дороге рассказываешь мне о Филиппе, боюсь, что потом у тебя не будет времени. А дома, ты только не удивляйся, нас уже ждет твой сообщник Барт. А немного позже, когда ты отдохнешь, придет и Нортон.

Кэт вскрикнула от восторга:

– Так значит ты, папа…

– Да, да, Кэтти, твой отец на старости лет тоже сошел с ума и встрял в эту авантюру, но учти, только из-за тебя. Так что можешь и меня записать в свои агенты, – Ретт смеялся, и пока они шли к машине, рассказал ей о том, как он узнал об успехе дочери и ужасно загордился, что у него такая талантливая дочь. И целеустремленная… – Но чему тут удивляться. Тебе есть в кого быть упрямой и целеустремленной. Добиваться всего, чего захочешь. Правильно, девочка. А впрочем, ты – совсем другое дело. У тебя было другое воспитание. И то, чего добиваешься ты, никому не приносит беды.

Кэт молчала, слушая рассуждения вмиг помрачневшего отца. Она не поняла, о чем он говорит, но догадалась, что это каким-то образом связано с матерью. Когда он замолчал, она тихо спросила:

– Как она сейчас? Где?

– А ты что, не видела ее с тех пор? – задал Ретт встречный вопрос. – Неужели вы так и не встречались?

– Ну почему же, папа. Мама приезжала в Сан-Франциско сразу после того, как у меня родился Филипп. Да и потом еще два раза была у нас. Вы бывали в разное время, поэтому и не встречались, а я не решилась тебе рассказывать об этом. Но ей, как и тебе, не понравился Билл. У них, как бы это сказать точнее, не нашлось общего языка.

Ретт усмехнулся: – Да, с твоим мужем это трудно сделать. Прости, девочка, я не хочу обижать тебя. Билл – это твой выбор, и я не вправе осуждать его.