Читаем Рецепт страсти полностью

Эндрю остался стоять с раскрытым ртом. Брук! Здесь, на его кухне!

Грохот кастрюль и сковородок внезапно утих, как и все разговоры, а она мрачно огляделась и, словно крошечная копия терминатора, пристально осмотрела каждого из присутствовавших. Казалось, это был вопрос времени: сейчас она найдет того, кто ей нужен, и уничтожит. Брук вычислила цель намного быстрее, чем Арнольд Шварценеггер в первой серии фильмов про терминатора. Она смерила Эндрю убийственным взглядом и указала на него пальцем.

— Ты — жалкая скотина! Ты украл мои рецепты, чертов лжец! И теперь попробуй опровергнуть это!

В кухне воцарилась гробовая тишина. Только слышался шум работающих кухонных приборов. Все присутствующие затаили дыхание.

— Брук! — наконец воскликнул Эндрю. Он все еще не опомнился от неожиданности видеть ее на своей кухне. — Что… что ты здесь делаешь?

— Вот что тебя интересует?

— Шеф, мне очень жаль, — произнесла позади Брук испуганная Мара. — Я ей говорила, что вы не…

Брук перебила ее, презрительно хмыкнув:

— От меня ты не сможешь так легко отделаться, Дрю Найт! Ты выслушаешь все, что я тебе скажу, ублюдок!

— Шеф, может, мне стоит вызвать полицию? — отважилась произнести Мара и впервые с тех пор, как Эндрю с ней познакомился, выглядела неуверенно.

— Только попробуй вызвать полицию, Дрю, — крикнула Брук. Она в одно мгновенье побледнела. — Только попробуй, тогда…

Эндрю лишь покачал головой старшей официантке:

— Все хорошо, Мара. Не нужно никакой полиции.

Эндрю едва не двинул су-шефа, когда тот весело воскликнул:

— Группа спецназа сейчас была бы лучшим решением.

Брук обернулась к Нику, и Эндрю опасался уже кровавой бойни. Вместо этого она пристально посмотрела на Ника, потом громко поинтересовалась:

— Наверное, это должны быть крэб-кейки?

Эндрю растерялся точно так же, как и Ник, который взглянул на миску перед собой и скептически кивнул:

— Да-а-а-а, это будут крэб-кейки. А что такого?

— Дайте-ка отгадаю: вы сбрызгиваете крошки портвейном и добавляете апельсиновый сок и цедру, правильно?

— Точно. — Ник удивленно кивнул. — А откуда вы это знаете?

Ник так и не получил ответа, потому что все внимание Брук было опять приковано только к Эндрю:

— Не могу поверить, что ты украл мой рецепт, — вскричала она, растрепывая и без того взъерошенные волосы. — Ты украл мои рецепты и теперь продаешь их как свои идеи?!

Дрю почувствовал, что на него все смотрят, и не хотел, чтобы Брук продолжала его упрекать прямо здесь. Эндрю тяжело вздохнул, скрестил руки на груди и предложил:

— Брук, мы не могли бы поговорить где-нибудь в спокойной обстановке? Наедине?

— Нет, совершенно точно, — прикрикнула она на него, полезла в карман мятых джинсов и вызывающе бросила ему ключи от машины. Если бы Дрю вовремя не среагировал, они попали бы ему прямо в лицо.

— Я, собственно, хотела тебе пригнать машину и сказать, что о тебе думаю, свинья!

Девушка, словно фурия, задрала подбородок, демонстрируя, что не смущается выносить сор из избы при посторонних:

— Ты часто спишь с женщинами, чтобы выведать кулинарные идеи? Или я стала первой?

Его шея горела, он промямлил что-то невнятное, а Ник, казалось, готов был зайтись в приступе кашля. Кроме того, упреки Брук задели Эндрю так сильно, что он опустил голову и смотрел на нее не менее мрачно. Потом он решился подойти к девушке и схватить ее за руку.

— Не прикасайся ко мне, — молниеносно крикнула она, оскалив зубы.

— Мы сейчас поговорим, — настойчиво произнес Эндрю, сильно схватил ее за руку и попытался потащить ее к холодильной комнате.

— Оставь меня, Дрю! — возмущенно требовала она, но, спотыкаясь, шла за ним. За этой сценой наблюдал весь кухонный персонал.

Когда Эндрю распахнул дверь холодильной комнаты, то услышал довольный голос Ника:

— Дай знать, если тебе потребуется помощь, шеф!

Эндрю не удостоил внимания реплику этого чокнутого, а потащил упирающуюся Брук дальше. Он решительно захлопнул за собой дверь и встал так, чтобы девушка никак не смогла сбежать. Брук какой-то миг осматривалась в сумрачном свете холодильной комнаты, а потом разъяренно уставилась на Дрю, обхватив себя руками. Она дрожала, но Эндрю исходил из того, что Брук дрожит от гнева, а не от холода.

— Ты меня хочешь здесь заморозить?

— Здесь мы можем поговорить наедине, — как можно спокойнее ответил он.

— Меня не волнует, что твой персонал узнает, как ты со мной обошелся!

Дрю, стиснув зубы, пропустил ее последнюю фразу мимо ушей и мельком подумал о том, насколько глупо было запереться с Брук в холодильной комнате и скандалить возле полок с медовой ветчиной. С другой стороны, это очень подходило Брук.

— Я бы предпочел, чтобы ты не распространялась о нашей личной жизни.

Девушка тут же возмущенно вздохнула и зашипела:

— О личной жизни? Не смешите меня! Ты с самого начала придумал этот план и разыграл его как по нотам.

Он пристально посмотрел на нее и покачал головой:

— Ты ошибаешься.

Вместо ответа, девушка лишь плотно сжала губы. Спустя несколько секунд Эндрю вздохнул и спросил:

— Что ты делаешь здесь, в Бостоне?