– Извините, господин Баринов, за эту вспышку. Нервы…

Я молча ждал. Бросив влажный платок под стол, мой визави продолжил:

– С большим трудом мне удалось уговорить Никасю, немного подождать.

– И что вы предприняли?

Сулейманов показал на неподвижного Шакира.

– Я велел ему срочно отыскать эту сучку.

– И как успехи?

– К сожалению, у моего верного Шакира ума, как у огурца, – не смущаясь присутствия вышеупомянутого «огурца», признался Сулейманов. – Он только смог узнать, что Никася скрывается где-то в Париже. Я понял, что ее найти, ему не по плечу. Придется вам прийти мне на помощь!

– Так это ваш Шакир орудовал в Кельне? – спросил я, уже заранее зная ответ.

Бизнесмен брезгливо поморщился и снова потер пальцами кончик носа.

– Между нами говоря, господин Баринов, я всегда осуждал методы Шакира. Он может подтвердить. Просто у нас совсем мало времени. Катастрофически мало времени!

– Сколько вам его отпустила Никася?

Сулейманов вздохнул.

– Срок истекает завтра. Теперь вы понимаете, что мне необходима ваша помощь?

– Как вы считаете, господин Сулейманов, Габор в курсе действий дочери?

– Я думаю, что она действует самостоятельно. Решила воспользоваться подходящим случаем, чтобы разбогатеть. Тварь! – опять не сдержался Сулейманов. Он в упор уставился на меня и потребовал:

– Баринов, мне нужна Никася и документы! Я готов заплатить вам любую цену. Вы не примчались бы сюда из Германии, если бы не знали, где искать эту вечно пьяную выхухоль!

Я с сожалением покачал головой.

– Не пойдет, господин Сулейманов. У меня уже есть работодатель.

Мой щедрый собеседник улыбнулся. Правда теперь его улыбка больше походила на волчий оскал.

– Вы не поняли, господин Баринов. Я отказ не принимаю. Вы поможете мне и лучше добровольно.

Я пожал плечами.

– Один мудрый японец, Ямамото Цунэтомо, когда-то сказал: «Человеческая жизнь воистину коротка. Лучше прожить ее, делая те вещи, которые тебе нравятся». Вы мне не нравитесь, господин Сулейманов. А от вашего помощника меня просто тошнит. Стараюсь не общаться с психопатами. Я же не доктор Фрейд. Надеюсь, мы больше не встретимся.

Пока я произносил свою тираду, моя сообразительная подруга уже поднялась из-за стола. Не обращая больше внимания на Сулейманова и Шакира, я взял девушку под руку и повел к выходу.

3

Обратный путь потребовал больше времени, так как пришлось проверять, нет ли за нами слежки. Вернувшись в гостиницу, я позвонил Казионову. Услышав в трубке его бесстрастный голос с украинским выговором, я почувствовал облегчение. В этом неверном изменчивом мире не менялся только этот богатырь. Он олицетворял собой надежность и стабильность государственных институтов власти. Глядя на него, очень хотелось регулярно ходить на выборы и все сбережения до последнего рубля доверить Сбербанку. Узнав про встречу с Сулеймановым, Казионов произнес:

– Анвар Муминович Сулейманов нам известен. Как и Габор, один из персонажей лихих девяностых. С две тысячи второго года обосновался во Франции. В определенных кругах известен, как Сулейман. Связан с кавказской этнической преступностью.

– А чем он занимается? Ввозит наркоту из Азербайджана? Так сказать, «на дворе дрова, на дровах братва, у братвы трава?»

Казионов хмыкнул.

– Нет, тут дело серьезней. У нашей конторы есть данные, что именно Сулейман поставляет наше оружие боевикам, действующим на Северном Кавказе. Мы давно пытаемся установить, с кем он связан в Министерстве обороны, но пока безуспешно. Если ты узнаешь, кто из наших военных продает Сулейману оружие, то спасешь много жизней.

«Час от часу не легче, – мелькнуло у меня в голове. – Еще и подпольные торговцы оружием вместе с бородатыми сепаратистами примешались в историю с Никасей!»

Тем временем Человек-гора продолжал гудеть мне в ухо:

– Мы послали пару сотрудников тебе вдогонку по этому делу. Они давно занимаются Сулейманом.

– Это не Вова ли с Толей, веселые геономики? – спросил я полковника. Тот подтвердил.

– А кто такой Шакир? – продолжал я задавать вопросы.

– Страшный тип. Патологически жесток. Шакир родом из Дагестана из семьи потомственных виноградарей. В молодости занимался вольной борьбой. Местный чемпион. Получил срок за драку. После отсидки подался в бандиты. Есть сведения, что при Дудаеве участвовал в пытках и казнях наших пленных военнослужащих. Еще есть вопросы?

– Как мне связаться с вашими сотрудниками?

– У меня самого нет с ними прямой связи. Знаю только, что они в Париже и, значит, скоро найдут тебя сами.

Казионов сделал многозначительную паузу. Потом попросил:

– Мангуст, постарайся достать документы, которыми Никася шантажирует Сулеймана. Это, действительно, очень важно. Для страны важно.

Я улыбнулся.

– Ну, что я могу сказать? Да пройдет верблюд ваших желаний через игольное ушко моих возможностей. В переводе с древнеперсидского: «сделаю, что смогу», мсье колонель. Или вы предпочитаете обращение «товарищ полковник»?

– Я предпочитаю обращение «товарищ генерал», – буркнул богатырь и выключил телефон.