Читаем Рейган полностью

Впрочем, президент не ограничился хозяйственными вопросами, преподносимыми в полушутливой форме. Он подчеркнул, что Америка зависит от труда рабочих, что она должна достойно вознаграждать этот труд, что без этого невозможно ее будущее, но лидеры страны (имелись в виду, естественно, бывшие лидеры) забыли, что «мы строим эту великую нацию на базе этики достойного вознаграждения труда, а не на основе его наказания».

На все новых примерах Рональд многократно повторял отдельные базовые положения своей стратегии: «В этом городе слишком много людей, которые считают, что деньги принадлежат правительству. Это не так. Это ваши деньги. Это деньги ваших сыновей и дочерей, на которые они собираются купить новые дома. Это деньги ваших родителей, чтобы они могли достойно жить на пенсии. И если мы, в нашей администрации, ничего другого не сделаем, мы должны хотя бы убедить этот город, что власть, деньги и ответственность в нашей стране принадлежат народу, а не зданиям из шлакоблочного бетона в Вашингтоне».

Рейган связал вопросы внутренней политики с международными делами, прежде всего с американо-советскими отношениями и положением в странах восточного блока. Он говорил об огромном советском военно-стратегическом потенциале, о мужественных выступлениях польских рабочих за свои права и интересы, которые, по существу дела, являлись выступлениями против тоталитарной системы во всем блоке. Этим президент обосновывал необходимость увеличения американских военных расходов — единственной области государственной деятельности, которая требовала не сокращения, а наращивания бюджетных поступлений[335].

Встреча завершилась весьма дружественно. Присутствовавшие подходили к Рейгану, обменивались с ним шутливыми репликами, обнимались с ним. Вся эта церемония фиксировалась множеством журналистов и телеоператоров.

В превосходном настроении примерно в 2 часа 30 минут дня Рейган вышел из здания отеля и направился к своей машине. На улице в это время было много прохожих, которые останавливались, увидев своего президента. Щелкали кино- и фотоаппараты. Ни в этот раз, ни ранее никто и не думал о том, что, когда столь высокое должностное лицо выходит из здания, пространство вокруг должно быть свободно. В Америке 1980-х годов осуществить это без решительных протестов было просто невозможно.

В этот момент раздались выстрелы. Стрелял 26-летний Джон Хинкли, студент Йельского университета, считавший себя начинающим писателем, но пока ничего не опубликовавший. Одержимый страстной любовью к юной, но уже известной актрисе Джоди Фостер и, естественно, отвергнутый ею[336] молодой человек надумал привлечь внимание актрисы поступком, подобным тому, что привел к пресловутой славе Герострата. Он решил убить президента США. Начал он с попыток совершить покушение на Картера. Однако удобного случая не представилось, и Картер благополучно покинул свой пост. Все свое внимание Хинкли перенес на Рейгана[337].

Узнав из газет расписание президента (такие сообщения печатались во многих газетах, становясь как бы путеводителем для злоумышленников), Хинкли накануне приехал в Вашингтон, написал письмо Джоди Фостер о том, что, возможно, он сегодня убьет Рейгана, вероятно, будет после этого застрелен на месте, но надеется произвести на нее впечатление «грандиозным размахом своего поступка».

Хинкли поджидал Рейгана у отеля. Увидев его, он выпустил в него из своего револьвера всю обойму — шесть пуль.

Стрелять несчастный полупомешанный не умел, руки его дрожали. Первая пуля попала в голову недавно назначенному пресс-секретарю Белого дома Джеймсу Брейди[338], который ранее активно участвовал в избирательной кампании, отвечая за связи с прессой, вторая — в спину полицейскому, наблюдавшему за правопорядком, третья никого не задела, четвертая ранила в грудь агента Секретной службы Т. Маккарти, пятая застряла в двери президентского лимузина. Наконец, последняя пуля, срикошетив от бронированной стенки лимузина, пробила Рейгану грудь и застряла в легком.

На месте покушения возникла паника, но агенты Секретной службы быстро пришли в себя и приняли необходимые меры, чтобы предотвратить возможные новые нападения. По оценке очевидцев, наибольшую выдержку и профессионализм проявил агент Секретной службы Джерри Парр, который прикрыл собой президента.

Хинкли схватили, причем он стал спрашивать у сотрудников Секретной службы, отложат ли из-за его поступка церемонию вручения премии «Оскар», намеченную на этот день (ее действительно перенесли на следующий день). Рейгана подхватили на руки и усадили в машину, даже не поняв, что он ранен. На место происшествия было вызвано подкрепление, пока же агенты, вооруженные ручным пулеметом и пистолетами, сгруппировались для отражения нового нападения[339].