Читаем Рейган полностью

В отличие от многих предыдущих избирательных кампаний, политические дебаты 1980 года имели выраженную религиозную окраску. Оба кандидата почти в каждой своей речи обращались к христианским мотивам. Согласно опросам, Картера вначале поддерживала мощная евангелическая церковь. Однако сторонникам Рейгана удалось создать в этой конфессии сравнительно крупную группу поддержки, которую возглавил важный южный проповедник консервативного толка Джерри Фолуэлл. Он ранее был инициатором создания нескольких религиозных учебных заведений в Виргинии, а в 1979 году основал движение под названием «Моральное большинство».

Вначале это движение и его лидеры, в первую очередь сам Фолуэлл, акцентировали внимание на проблеме абортов, требуя их запрещения за исключением доказанных случаев угрозы жизни женщины. Встретив одобрение в лагере правых республиканцев, Фолуэлл пошел на сближение с ними и по другим вопросам. За краткое время «Моральное большинство» стало действительно превращаться в наиболее мощную евангелическую группу благодаря выдвижению внешне религиозных, а по существу, по насыщению их конкретным содержанием, политических лозунгов «за жизнь» (то есть против абортов), «за традиционную семью» (то есть за консервативные семейные ценности с осуждением «новых левых», добрачных и внебрачных сексуальных связей, легкого расторжения браков и т. п.), «за Америку» (то есть против действительно провальной политики Картера, за возрождение американского могущества и ликвидацию «вьетнамского синдрома» при будущем президенте Рейгане)[296].

В результате, по подсчетам специалистов, движение Фолуэлла быстро завоевало влияние и привлекло на сторону Рейгана примерно две трети белых христиан-евангелистов Соединенных Штатов. Джимми Картер жаловался, что благодаря огромным денежным поступлениям от верующих движение Фолуэлла затратило 10 миллионов долларов на публикации в газетах и передачи по телевидению и радио южных штатов, чтобы «обозвать меня предателем Юга и вообще не христианином»[297]. При безусловном преувеличении и смысловых натяжках это утверждение, видимо, в основном соответствовало истине.

Другой евангелистский проповедник, Уильям Грэм, который общался с рядом президентов США — от Трумэна до Обамы (Рейган не считал возможным приглашать его в Белый дом, видимо, потому, что между Грэмом и Фолуэллом отношения были натянутыми), — критиковал «Моральное большинство» за бесцеремонное вмешательство в политику, за обычные высказывания о тех, кого оно поддерживало: «Мы не всегда и не во всем соглашаемся, но мы знаем, что это — человек Бога. Его достижения проходят мимо большинства священнослужителей его поколения»[298]. Примерно так Фолуэлл и его последователи высказывались о Рейгане на протяжении второй половины 1980 года.

Постепенно предвыборные обязательства Рейгана хотя бы в некоторой степени конкретизировались.

В наибольшей степени это проявилось в экономической области. С подачи своего советника по хозяйственным вопросам, видного экономиста Роберта Манделла, который не был членом «кухонного кабинета», но оказывал глубокое влияние на эволюцию взглядов его членов и теории которого убеждали Рейгана, республиканский кандидат все более утверждался в необходимости резкого сокращения государственного вмешательства в эту решающую область жизнедеятельности человечества.

Канадско-американский ученый Р. Манделл, работавший в ведущих американских университетах, в 1960-е — начале 1970-х годов разработал свою теорию стабилизационной политики в открытых экономиках, которая исходила из необходимости минимального участия государства в экономических процессах. Его теория в популярной литературе получила название «эффект многостороннего вмешательства». Состояла она в том, что наиболее эффективно экономика может развиваться при максимальном снижении барьеров любого рода (налоговых, таможенных, регуляционных и т. д.). Он фиксировал внимание на основных валютных проблемах международных хозяйственных связей, на возможности создания валюты, объединяющей несколько стран. Он утверждал, что в рамках единой валютной системы ни у одной из стран, входящих в нее, не должно быть дефицита по долгам, и определял правила, соблюдение которых обеспечивает такую установку.

Не очень глубоко разбиравшийся в сложных экономических проблемах, Рейган быстро понял близость теории Манделла его собственным взглядам, неоднократно упоминал ее в своих выступлениях и гарантировал, что, придя к власти, будет проводить именно этот хозяйственный курс. Так зарождалось то явление, которое через несколько лет получит название «рейганомика».