Читаем Рейган полностью

Согласно имеющимся исследованиям, передать «контрас» удалось сравнительно небольшую сумму — 3,8 миллиона долларов[746]. На эти деньги покупалось вооружение, теперь уже для «контрас», которое переправлялось в Гондурас через фирму под названием Стэнфордская технологическая торговая группа. Непосредственной транспортировкой руководил отставной генерал-майор авиации Ричард Сикорд, ранее участвовавший в операциях во Вьетнаме и Лаосе и поддерживавший тесную связь с ЦРУ[747].

Вся эта история вышла на поверхность очень скоро, в октябре 1986 года, когда самолет, которым управлял нанятый Сикордом пилот, был сбит над территорией Никарагуа. Катапультировавшийся летчик оказался в плену, у него была обнаружена записная книжка с номерами телефонов американских секретных служб. Позже Сикорд был вызван на допрос в специально созданную комиссию Конгресса во главе с независимым юристом Лоуренсом Уолшем, всячески изворачивался, был уличен в получении крупной денежной суммы от спецслужб. Однако прямых оснований для привлечения его к уголовной ответственности комиссия Уолша не нашла, и Сикорд был оставлен в покое[748].

В любом случае незаконное финансирование никарагуанских «контрас» правительством Рейгана уже переставало быть тайной. Сложилось так, что почти одновременно с этим стали появляться сведения и об иранской афере властей. Ливанская еженедельная газета «Аль Шираа» 3 ноября 1986 года опубликовала сенсационную статью, автор которой проявил завидную информированность, хотя допускал и неточности, вполне объяснимые и простительные в такого рода материале. В статье говорилось, что США поставляют запасные части для американских реактивных самолетов, которые находятся в собственности иранских властей, надеясь на помощь в освобождении заложников, находящихся в Ливане, что советник президента Макфарлейн и другие официальные лица США недавно побывали в Тегеране, где встречались с представителями правительства, которые просили продолжить поставку вооружений. Не было ясно, откуда журналист получил информацию. Так как редакция газеты была близка к властям Сирии, многие комментаторы высказывали предположение, что сведения были получены именно из этого источника, видимо, для того, чтобы осложнить отношения между США и Ираном, укрепив сирийское влияние в этой стране.

Так зародился и затем с головокружительной скоростью стал разворачиваться скандал. Было ясно, что политические противники вполне могут обвинить Рейгана в нарушении закона и поставить вопрос об импичменте, что ему необходимо срочно позаботиться о своей репутации.

Это было тем более важно, что «акулы пера» тотчас позаботились о том, чтобы дополнить небылицами ту информацию, которая соответствовала действительности. Назывались порты то Италии, то Испании, откуда якобы в восточном направлении шли корабли с американским вооружением, предназначенным для Ирана. Рейгана обвиняли чуть ли не в предательстве национальных интересов и раздувании военного пожара на Ближнем Востоке.

Попав в совершенно новую, неблагоприятную ситуацию, Рейган оказался к ней не подготовлен. Сказывались, по всей видимости, различные факторы: уверенность в правильности своей линии; в целом успешная реализация всех основных мероприятий, прежде всего в области оборонной и внешней политики; уверенность после выборов 1984 года в том, что подавляющее большинство американцев поддерживают его курс и его лично; весьма пожилой возраст, при котором все труднее было адекватно реагировать на быстро изменяющуюся ситуацию.

13 ноября Рейган выступил по телевидению и радио[749]. Вся его речь была посвящена тому, чтобы свести на нет всевозможные сообщения, в основном действительно ложные, о поставках американского вооружения Ирану. Президент не отрицал полностью те факты, что его сотрудники поддерживали секретные связи с иранскими деятелями. Он признал, что в течение последних полутора лет представители США «предпринимали секретные дипломатические инициативы по отношению к Ирану». Их целью являлось, говорил Рейган, положить конец кровавой ирано-иракской войне, восстановить мир в регионе, добиться освобождения американских заложников. Вскользь было сказано и о том, что он, президент, утвердил поставку Ирану «небольшого количества оборонительных систем», что это, мол, был сигнал иранским властям, что США готовы перейти от полной враждебности к Тегерану к «новым отношениям».

Слово «новым» было крайне неопределенным, как, впрочем, и вся речь. Какого рода вооружения поставлялись Ирану, сказано не было, но Рейган явно слукавил, заявив, что все, что было послано Тегерану, могло легко вместиться в один грузовой самолет. В речи ни слова не было сказано о финансовой поддержке и поставках оружия никарагуанским «контрас» за счет вырученных средств от сделки с Ираном, лишь мельком было упомянуто, что правительство США стоит на стороне борцов против тирании в Никарагуа.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное