– Это нужно моей близкой подруге, – сказала Полина. Она принялась уничтожать рыбу и ела с таким удовольствием, что у Павлова у самого проснулся зверский аппетит. – Она тоже журналист, только работает в разделе криминальной хроники. Сама-то она стесняется…

– А ты, значит, смелая, – закончил за нее Артем. Он был более чем уверен, что никакой подруги нет и в помине, а если есть, то вряд ли она заинтересовалась судьбой какого-то там банка «Сатурн».

– Ты заметил, как на нас смотрят посетители? – вдруг спросила она.

– Очевидно, они завидуют, что я сижу с такой необыкновенной женщиной, – высказал предположение Артем.

Полина вытерла салфеткой руки и покачала головой:

– Нет. Просто они узнали тебя, Артем. Каково это, быть «звездой», а, адвокат? Кстати, тебе не приходило в голову, что адвокат начинается с частички «ад»?

Павлов рассеянно пожал плечами:

– У меня никогда не было времени на подобные размышления.

Свет стал медленно гаснуть, и заиграла медленная музыка.

– Потанцуем? – предложила Полина, и Артем встал из-за стола.

– Что тебе надо? – тихо спросил он, прижимая к себе упругое тело девушки.

Она молчала, уткнувшись лицом в его плечо.

– Ты придумала подругу? – как можно мягче поинтересовался Артем.

– Нет, она действительно есть. Только я сама вызвалась помочь ей. Сразу после того, как мы познакомились на передаче, – шепотом сказала она.

Артем ощутил, как внизу живота запульсировала приятная истома. Эта девушка в облегающем платье начинала будоражить его воображение.

– Пусть завтра позвонит мне, – он вдохнул одуряющий запах ее волос.

Полина подняла голову, в ее огромных глазах плясали бесенята:

– Вот еще. Стану я делиться таким товаром.

Они танцевали, двигаясь в такт мелодии, как внезапно Полина сказала:

– Ты ведь знаешь, что привлекателен, Павлов. Наверное, по десятку таких, как я, за день отшиваешь? Но сегодня мы разъедемся по разным адресам.

Артем усмехнулся и лишь крепче обхватил точеную талию девушки.

– Как скажете, леди.

Танец закончился, и они сели за стол.

– Спасибо, – сказала Полина и сделала маленький глоток из бокала.

– За что?

– За то, что согласился на встречу. Я думала об этом все время.

Артем посмотрел на часы, и Полина понятливо закивала:

– Все, вопросов больше нет.

Павлов попросил счет и в упор посмотрел на журналистку:

– Тебе не за что меня благодарить. Мне было очень приятно провести с тобой время. Надеюсь, ты тоже не жалеешь о сегодняшнем вечере.

И прежде чем он сказал что-то еще, Полина быстро перегнулась через стол и поцеловала его.

– Еще раз спасибо за ужин. Надеюсь, мы еще увидимся, – едва слышно проговорила она и, пока Артем собирался с мыслями, положила на стол несколько тысячных купюр со словами:

– Первое свидание оплачиваем поровну, Павлов.

Она предупредительно поднесла красивый пальчик к губам, не давая адвокату возможности что-либо возразить, и стремительно умчалась, как молодая лань, оставляя за собой шлейф возбуждающих духов.

Неоспоримые доказательства

С утра Павлову позвонил Дрозд и сообщил, что намеревается предъявить обвинение Соловьеву в новой редакции.

– У нас, то есть у вас прибавились новые статьи? – спросил Артем. – Надеюсь, это не измена Родине, господин следователь?

– Ваш сарказм неуместен, – процедил сквозь зубы Геннадий Яковлевич. – И по телефону подобные вопросы не обсуждаются. Приезжайте.

Он кинул трубку, а Павлов улыбнулся. Все только начинается.

Как он и предполагал, никаких новых пунктов обвинения Аркадию Алексеевичу не добавили. Сам Соловьев сидел спокойно. Он был немного помят, лицо покрыла щетина, но в целом банкир держался нормально, учитывая, что находился в СИЗО уже четвертые сутки. Адвокат поинтересовался его здоровьем.

Глядя на него, Павлов лишний раз убедился, насколько все-таки велика человеческая способность адаптироваться к ситуации независимо от условий. Люди разные, и остается только догадываться, через какую психологическую ломку нужно было пройти каждому из арестованных, чтобы в итоге принять удар судьбы и относиться к происходящему как к неизбежности.

– Это результаты экспертизы пистолета, – сказал Дрозд, протягивая Соловьеву стопку листов. Банкир принялся сосредоточенно читать.

– Смотрите в самый конец, – подсказал Павлов, хотя уже на сто процентов знал, каков будет результат.

– …отпечатков пальцев Соловьева А.А. не обнаружено.

Он исподлобья посмотрел на Дрозда.

– И что дальше? Конечно, не обнаружено, это ведь не мой пистолет.

– Это еще ни о чем не говорит, – пожал плечами Дрозд. – Вы могли их предварительно стереть. Их там вообще могло не быть; может, вы в этом пакете его все время хранили. Главное – он найден в вашем сейфе.

– Я не вижу никакой связи с преступной группировкой, – вмешался Павлов. Он помахал в воздухе постановлением о привлечении Соловьева в качестве обвиняемого. – Где этот мифический, наводящий ужас ОАО «Зигзаг»? И где связь моего клиента с террористами?

– Вы допрашиваете меня? – спросил Дрозд, и в его глазах вспыхнул недобрый огонек. – Господин адвокат, вы забываетесь!