Читаем Речи полностью

124. Итак я могу всю сущность предмета определить вкратце, всего только сказав, что одинаковость своей натуры он подкрепил сходством своей воли и сходство наименования переместил на сходство деятельности [108], дав возможвосгь и в них признать родство [109]. В самом деле, как тот сдержал всю грозу, надвигавшуюся с персидским нашествием [110], так этот принудил отовсюду обступившие варварские племена Запада сохранять спокойствие. 125. Делом бога было, таким образом, доставить каждому власть [111] и дать каждому нрав, применительно к его предназначению. Одив заставил смолкнуть соседей, двинувшихся было, а другой не дозволил даже совсем тронуться им с места, дабы, сочтет ли кто достойным удивления первое или более значительным второе, или одинаково восхищается тем и другим, ничто не миновало настоящего царствования.

{108 Euseb., vita Const. IV 40.}

{109 Собств. «называть действия, τ ας πράξεις, сестрами», срв: у нас стр. 1.}

{110 Срв. § 73.}

{111 Срв. § 924}

126. Скажу теперь нечто в подражание Фукидиду. Я не принимал молву немедленно, без проверки и, избежав труда по отысканию истины, не бросался на готовое, но со старанием и, с крайнею точностью занявшись своим предметом, не должен бы по справедливости встречать недоверия.

127. Какие же подвиги? Есть кельтское племя за рекой Рейном [112], достигающее до самого океана, столь хорошо огражденное в боевом деле, что, обретя от самых действий этих название, они именуются Фрактами [113], что в устах толпы звучит как Франки, т.е. название извращено невежеством народной массы.

{112 Срв. Julian., orat, I p. 34 I), orat II pg. 56 B.}

{113 φρακτοί от φράττω, в этой же форме передается этническое название у Либания и здесь, см. § 130, § 133, и в orat. XVIII § 70, vol. IE pg. 266, 177.—Am. Thierry, Histoire de la Gaule sous radministratiou romaine, t. Ill ch. V p. 252 (ed. 1847).}

128. Численностью они превосходят всякий счет, а мощью превосходят самый высокий численный перевес. Для них морское волнение ничем не страшнее материка, северная стужа приятнее благорастворенного воздуха, величайшая невзгода — бездеятельная жизнь и предел благополучия пора войны. Если даже кто нибудь обрубить им конечности, они сражаются, чем остается, и как, в случае победы, не бывает конца их преследованию, так, в случае поражения, конец бегства они обращают в начало наступления. У них существуют установленные обычаем награды за отчаянные поступки и почести за смелость. Прямо недугом считают они мир. 129. Итак все прежнее время те, кому выпадало на долю царствовать в соседней с ними земле, не находили ни слов для их убеждения, ни вооруженной силы, дабы принудить их соблюдать спокойствие, но приходилось, подвергаясь непрерывной осаде, днем и ночью встречать их набеги, ни хлеба не вкушать безоружному, ни отдыхать в безопасности, сняв с себя шлем, но, чуть не сросшись с своими доспехами, носить оружие подобно древним акарнанцам. 130. И происходило то же, что на мысах, когда море, гонимое разнообразными порывами ветра, вздымается безостановочными волнами. Действительно, как там, прежде чем первая волна, как следует, разобьется о мыс, ее настигает вторая и в свою очередь третья, и так происходить все время, пока не улягутся ветры, так именно и племена фрактов, побуждаемые к неистовству страстью к войне, производили частый нападения, и прежде чем быть отбитой первой фаланге, уже наступало новое войско.