Читаем Реальность сердца полностью

— Начал я с того, что совершенно случайно оказался в том мире, что добрые омнианцы называют Миром Воздаяния, а ноэллианцы — попросту соседним обиталищем людей. В девятнадцать лет я еще не слишком интересовался воззрениями ноэллианцев, и поначалу сам счел его приютом грешников, но очень быстро обнаружил, что этот весьма искаженный с виду мир — куда разумнее и правильнее, чем наш с вами. Я понял разницу на себе, но еще лучше понял, начав изучать его внутреннее устройство… Нет, сам по себе он почти во всем подобен нашему, единственная разница — во влиянии богов. Я говорю о правилах, по которым живут люди. А также и о степени вмешательства Сотворивших в ход его жизни. Сравнение это привело меня ко вполне ясным выводам и вполне понятным желаниям. Я пришел к отцу с рассказом об увиденном. Рассказ его впечатлил и стал основанием для всех последующих действий.

— Что же, жизнь в этом мире так прекрасна? — прищурилась Кларисса. — Настолько, что мы должны подражать ей?

— Нет, ни в коем случае! Она весьма разнообразна, как и наша. Что-то там лучше, что-то — куда хуже, — досадливый жест; но собеседник сердился на себя, что не смог донести свою мысль. — Но там есть свобода, о которой мы и не слыхали, даже вообразить ее себе не можем. К своей жизни тамошние обитатели пришли длинным и трудным путем. Мы можем воспользоваться их опытом и многократно сократить свою дорогу.

— Для чего? Чем вас не устраивает то, как мы живем?

— Кларисса, вы когда-нибудь задумывались о том, что запасы руды, угля, торфа не бесконечны? Те умения, которыми владеют наши соседи, позволяют расходовать их крайне экономно. Они были вынуждены научиться этому, почти полностью исчерпав все блага своего мира. Мы тоже уже вынуждены, но еще даже не знаем об этом. Путь, что выбрали для нас боги, ведет в тупик. Смерть от голода и холода, без малейшей возможности воспользоваться теми ресурсами, что еще остались в нашем распоряжении. Но дело даже не в этом, в конце концов, до этого часа еще столетия… — усталый вздох. — Боги, вы ведь знаете, что это самозваные боги, загнали нас не в тупик, а в ловушку, которая уже готова захлопнуться. Они уподобились змее, кусающей свой хвост…

— О чем вы говорите? — удивилась Кларисса. Все предыдущее звучало стройно, но довольно-таки бессмысленно. Господин герцог Скоринг, кажется, оказался философом из тех, чья мысль простирается на века и тысячелетия. Мечтатель, борющийся с опасностями далекого будущего; впрочем, мечтателями называли и служителей Истинной Церкви Собраны, сказавшими однажды: «Рабство неугодно Сотворившим и должно быть искоренено!»… только вот они действовали убеждением, а не силой, не решали за других, как им должно жить и по какому пути следовать.

— Золотая династия проклята. Король Эниал, будучи еще юнцом, совершил один из тех поступков, за которые Сотворившие карают смертью. Все, кто был причастен к тому преступлению, обречены пасть от руки друг друга. Два закона вступили в противоречие друг с другом, и ни один из них не может быть отменен. А Противостоящий вернулся. Он ждет часа, когда прервется связь самозваных богов с миром. Связь эта — Золотая династия. Войдя в мир, он разрушит его. Все три мира.

— Проклятье?.. — изумленно выговорила Кларисса. — Что должен был совершить этот юноша?!

— Всего лишь взял силой тамерскую пленницу. Она же прокляла его и всех причастных. Не менее десятка офицеров и солдат, бывших в том доме…

— Простите, что значит «всех причастных»?! — хозяйка едва не вскочила. — Этого не может быть, карают лишь одного виновного. Или, простите, это было непотребство, совершенное всеми?..

— Отнюдь нет. Но таковы были слова проклятия, и боги позволили ему сбыться. Рано или поздно что-то подобное должно было произойти, ведь само право на проклятие позволяет такое развитие событий.

— Но где и когда проклинали всех?

— Вы не верите мне? Что ж, попробую доказать. Одним из таких якобы причастных оказался и Ролан Гоэллон. Вы знаете, что случилось с его детьми? В этом был виноват не столько Руи Гоэллон, сколько Элор Сеорн, его двоюродный брат. Потом принц Элор погиб — вам нужно называть имя его убийцы?

— Нет, благодарю… — Кларисса и раньше предполагала, кто покончил с безумным братом Ивеллиона, в этом ничего нового не было, но в целую толпу проклятых женщина не поверила. Она знала, что так быть не может; гибнет виновный. Слуги господина Мерно, не воспрепятствовавшие злодеянию Виктора, остались живы и здоровы, как и сам винодел. «Всех причастных» — что это значит? Затруднительно представить себе юного Ролана Гоэллона, который помогает брату-близнецу изнасиловать несчастную тамерку… Отец Руи скорее бы помог девице. А остальные? Десяток человек, офицеры армии Собраны — тоже помогали? Или хотя бы одобрили подобное деяние королевского отпрыска?.. К тому же бывшей куртизанке казалось, что собеседник пытается убедить не столько ее, сколько себя: в голосе вдруг прорезались чужие ноты; это резало слух.