Читаем Реальность сердца полностью

Алессандр Гоэллон ничего подобного не сделал — так, может, у него были основания не разрывать отношения со своей скорийкой? Явившийся в момент, когда регенту хотелось снять с плеч и убрать в сундук постоянно болевшую голову господин граф Саура поначалу показался посторонней помехой. С ним Фиор разговаривал еще две седмицы назад, тот ничего не знал, и, кажется, не врал. Если врал, то обманул и регента (что, признаться, невеликий труд), и Реми (а вот это уже задача посложнее). Но — не сказал ни слова. Вечером болтали, пили, а утром — бац, и нету. Может, на охоту собрались или по веселым девицам? На фоне изумленного капитана Кадоля, из-под носа у которого пропали трое молодых людей, включая наследника его герцога, Бориан был бесполезен и никто им особо не интересовался. Оказалось — напрасно. Оказалось — рыжий саурский граф отменный лицедей; да еще и уши у него длинные, слух острый, а обидчивость вполне мальчишечья. Возмущенный тем, что его не пригласили на дружескую попойку, — вот Альдинга пригласили, а его нет! — рыжий расположился за стенкой, и все, что говорилось не шепотом, прекрасно расслышал. Запомнил, а потом еще и записал для надежности. Чего хотел — сам точно не знал, но что сделал, то сделал.

Фиор выслушал. Фиор изумленно перечитал пару раз. Схватился за голову в сотый уже раз за седмицу. И уставился в стенку перед собой. Среди прочего он услышал то, что подтвердило предположение о том, какой величины и твердости были дрова, что наломал господин регент: мало что жениться Алессандру разрешили, так еще и до полного совершеннолетия, «хоть завтра». Это все-таки не было главным, куда больше задела Фиора история Альдинга Литто. Значит, эти трое отправились на помощь герцогу Гоэллону; бедный, бедный герцог! Эти помогут… не зная, в чем, не зная, как — но ведь свалятся же, как столичный собор на голову, да еще и в самый неподходящий момент! Но — куда делся Араон со товарищи? Тоже туда же? Это уже, позвольте, смешно…

— Да почему смешно? — задрал брови, такие же рыжие, как и волосы, граф Саура.

— Герцог — он такой…

— Какой? — едва не взвыл Фиор. — Какой такой?

— Как магнит, — ухмыльнулось северное наказание. — Я бы и сам поехал, но поздно сообразил, что надо. Не догоню.

— Если бы это барон Литто говорил, я бы понял. Но вы…

— А что я?

— Вы же сначала делаете, потом думаете, простите меня, граф…

— Есть такое дело, — северянин ничуть не обиделся. — Но вот поздно пришло в голову, жаль. А то поехал, конечно бы. За мной долг.

— Ну и… — Фиору показалось, что он нащупал какую-то ниточку. — Куда бы вы поехали?

— На запад, — развел руками Бориан; брови полезли еще выше по лбу. — Куда ж еще?

— Почему на запад?! На лице графа Саура последовательно отобразились: недоумение по поводу тупости герцога Алларэ, не понимающего очевидного; озадаченность; нечто, знакомое по лицу Гильома Аэлласа над драгоценной тетрадью: все чую, объяснить не могу.

— Потому что на запад, — изрек, наконец, Саура.

— В Брулен?

— Нет.

— В Скору?

— Нет.

— В Оганду?

— Зачем?

— В Тамер?

— Какой Тамер?! — вытаращился Бориан.

— Тогда куда???

— На Церковные земли.