Читаем Разум полностью

Согласно принципу составности тело любой особи комплектуется из существ, мерность которых на единицу меньше мерности самой особи.31 Применительно к человеку это значит, что его тело представляет собой объединение персон плоскостного уровня развития, или же организм людской — это совокупность животных тел. Так, сердце, почки, печень, железы … и все остальные органы есть самостоятельные личности, наделённые собственными сознанием и персональным телом, воспринимаемым на данном этапе развития людей не иначе, как безрассудочная плоть. Все эти личности в прошлых воплощениях были отдельностями–особями, однако, по мере оразумления они достигли состояния, при котором тело в животной компоновке ужé не могло при любой его доработке удовлетворять запросам возросшего сознания. Возникла необходимость принципиального изменения формы собственного бытия. Суть такого изменения состоит в невозможности дальнейшего сохранения состояния отдельности. Существо навсегда лишается статуса особи. Оно отныне обречено навечно пребывать в ранге óргана в составе более развитой сущности. В данном случае этой сущностью является человек. Пройдёт время и уже он войдёт в противоречие со своим организмом, когда для возросшей разумности никакие усовершенствования людской натуры не смогут удовлетворить требования более ёмкого сознания. Тогда человек разделит участь своих органов: он совместно со своим наполнением на правах органа войдёт в состав более развитой сущности — кваромовца. Так, что человек по мере оразумления, перестанет быть человеком по отношению к тем существам, которые поднимутся из глубин начальных миров и, перерастая животный этап, пополнят собой прослойку мироздания, где персоны выглядят, как отдельности и особи. Для самого себя и для дальнейших разумов он по–прежнему будет ощущать себя человеком. И далее, кваромовец на правах органа войдёт в состав пентаровца, пентаровец — в тело сорросовца, а сорросовцы соберутся в единый организм борца с конфликтом, которому предначертано ценой своей жизни спасти мир от разрушения. Где–то в недрах организма борца будет присутствовать и людская закваска, без которой не состоится ни борец, ни соррос, ни наш мир.

Последнее утверждение справедливо не только по отношению к человеку. Сущностью, состоящей только из самой себя, является единственное существо — это зарожденец. Все остальные, сколько бы их ни было, уже состáвные, причём, чем развитее персона, тем сложнее её компоновка. Одновременно с усложнением сокращается численность сложных особей, а в пределе окажется только одна, непосредственно участвующая в погашении конфликта.

Теперь представим, что тело человека выполнено в виде устройства. Если оно способно полностью заменить биологическую плоть, то это станет началом новой популяции, ибо вслед за формой обязано измениться и содержание, а изменённое — оно уже не человеческое. При условии сохранения людей как вида, недопустимы произвольные манипуляции с организмом, ибо воздействие на следствие без ведома причины — сознания, обязательно приведёт к взаимному несоответствию и в итоге к уничтожению особи. Даже замена одного органа, например, сердца, почки … связана с заметной перестройкой личности. И если речь идёт только о данной личности, то частичное вмешательство оправдано, поскольку при этом сохраняется прежний творческий потенциал, хотя несколько изменённый, но пригодный для дальнейшего развития того же человека. Если предполагается репродуктивное продолжение данной личности, то в судьбу потомков будет внесена чужая составляющая, которая в борьбе с собственными компонентами станет выдвигать свой приоритет, что проявится в виде отклонений, болезней и даже мутаций. Складывается ситуация, когда в слаженную компанию попадает вдруг чужак–антагонист. Его присутствие непременно повлияет на коллектив и он никогда уже не станет прежним.

Нельзя воздействовать на форму и при этом не затронуть сознание, точно так же, как всякое изменение сознания непременно отобразится в форме. Их взаимное отслеживание настолько тесно, что сознанию вменено в обязанность самому строить себе же тело каждый раз для очередного воплощения. По людским представлениям тело взращивается родителями и в момент рождения в нём вспыхивает некоторое даже не сознание, а всего лишь мысль, как признак рассудочности. Затем при взрослении мысль дорастает до разумности, тело мужает, и так совместно разумность и тело образуют со временем земного человека. Но что значит это вспыхивает? Его раньше нигде не было и только в нужный момент оно из ничего вдруг превращается в нéчто и даже конкретное проявление. Или данное нечто порождено материей–телом? Или же оно прибыло откуда–то со стороны, тогда с какой именно? В последнее время делаются отчаянные попытки приписать обеспечение жизненности генному материалу. Но и в нём виновника разумности ищут исключительно в вещественно–молекулярном нагромождении химических соединений. Пока в людском обиходе нет даже намёка на прояснение тайны рождения разумного существа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное