Читаем Разум полностью

Казалось бы, люди, имея перед глазами поэтапное изменение отношения к времени просто обязаны применить открывшуюся закономерность и к себе. Ну с какой стати на всех предыдущих этапах время оказывалось следствием ума–сознания, а как только развитие возвысилось до людского уровня оно вдруг изменило свой нрав, перестало соответствовать себе же, застопорилось, остановилось и в таком безликом виде стало наполнять всё и везде?

Получается, что связь ума со скоростью времени нарушилась? Или же люди её сознательно отменили? Ни то, ни другое! Это особенность междумерного этапа развития. Люди, выйдя из плоскостного состояния, прозревают почти внезапно. За короткий интервал роста они успевают познать так много простейших закономерностей природы, что проникаются своим величием и уверенностью в безграничных возможностях. Им кажется достижимым любой рубеж, стоит только тщательно скомбинировать несметные знания.

… Телега, паровоз, автомобиль, самолёт, ракета — такие этапы наращивания скорости для земного ума вполне убедительны, чтобы якобы обоснованно поставить вопрос о покорении миров, колонизации, порабощении и подчинении планет. То, что человек не способен жить в иных условиях — чепуха. Мы ему обеспечим круговорот его же среды, построим боксы, создадим, снабдим … и всё же спасём человечество от гибели на своей планете. А зачем его спасать? Он не нашёл в себе ума сберечь то, что имел, и если с таким неряшливым воззрением пересадить его на другой объект, с новым пристанищем произойдёт то же самое. Ведь ничего иного в поселенце нет, его ум ещё мал и ему не дано пока понять свою малость. Он по незрелости не способен поступать иначе, как только паразитировать на всём, что его приютит. По состоянию на теперешний момент никакое комбинирование прошлых знаний не даст людям пропуска в заземелье. Новому пространству обязано соответствовать достойное разумение: познавать не потрясая. До тех пор, пока планета не очистится от солдат и болезней, людям выход к соседям закрыт. Тасование непригодного даст и вовсе непотреб. Надо менять ум! Выживание вынуждает менять мировоззрение.11, 12

… Поженим сперматозоид с яйцеклеткой и предоставим для роста разные варианты лона. Какое увлекательное поле деятельности! Но каждый этап на пути взращивания невиданного существа исполняют люди. Однако ничего такого, чего бы не содержалось в них самих, они исполнить не в состоянии. И поскольку даже на то, что есть, потрачена вечность, то волевая комбинаторика даст монстров, не имеющих восхожденческого назначения.31 Это равносильно задержке развития и навлечёт на популяцию наказания. Не случаен запрет на вмешательство в структуру сознания кого бы то ни было, кроме самого сознания. И снова — надо менять ум!

… Обнаружено 10 смещение линий в сторону длинноволнового диапазона спектра. В голове открывателя Э. Хаббла (1889 — 1953) пронеслись варианты объяснения: скопления пыли, газа или чего–то ещё на пути пролёта луча света, или же это диффузные облака, поглощающие энергию излучения, или же это неизвестная материя с необъяснимыми свойствами, или же это сигналы иного мира, или же это … Нет, ни один из таких вариантов брать не следует, ибо на обоснование уйдут годы. А как же приоритет, престиж, карьера? Зацепка–то есть: измеренные лучевые скорости огромные, значит, громады небесные удаляются от нас. А раз так, применим эффект К. Доплера (1803 — 1853). Сразу всё становится на место: положено ему, эффекту, учитывать перемещение объекта изменением частоты излучения, вот и пусть учитывает. Так на людей свалилась трагедия с названием красное смещение. Она уверяет: далёкие скопления улетают от нас с тем большими скоростями, чем дальше до них расстояние. Значит, звёзды на краю вселенной, т. е. расположенные на бесконечном удалении, несутся куда–то, опережая свет. Но если это так, то для людского глаза они обязаны быть невидимыми. И коль они всё–таки видны, ну что же: некоторые из них остались, ведь не все же скрылись за бесконечным горизонтом. Причём наличных звёзд вполне достаточно для прикидки траектории, которая получилась бы, если бы они вздумали повернуть вспять и собраться там, откуда когда–то начали разлёт. Получилось гран–диозно! Получилось диссертабельно! Получился кормёжный водевиль, который с 1939 г. держатели бюджетов смотрят не закрывая рот. После прибавления к научному писанию нескольких штрихов от Эйнштейна 49 и Фридмана 44 пьеса получила название: разбегание галактик и большой взрыв. Аплодисменты учёной рати не стихают по сей день. Всякий, воздержавшийся от восхваления, покидает олимп бессмертных. Протестующих нет: кому нужны осы над своей головой?18 Идея взрыва затмила умы землян. Лучшего колпака на рассудок не придумать. Планета ответила катастрофами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное