Читаем Разум полностью

Так, зарожденцы, только вступающие в нулевой мир, даже не подозревают о возможности плотного состояния. Лишь постепенное оразумление и связанные с этим конфликты развития вынуждают их осваивать иные состояния среды. Для жильцов линейного, плоскостного и объёмно–междумерного миров материальность выступает вроде неизбежности при каждом воплощении в плотную среду. Но с другой стороны, эти жильцы даже не догадываются о ней в случае ухода после смерти из нашего мира и воплощения в области мягких форм. Как показано в работе миры 31, попеременное пребывание в материи и вне её есть вынужденная мера устроителей септона 31, направленная на принуждение сущностей к обязательному оразумлению в границах запрета на остановку роста. Если бы отсутствовало стремление существ уйти в покой прошлого состояния, увильнуть от тягот развития и пренебречь личным назначением, то такая разновидность пространства, как материя, даже не создавалась бы. Вовсе не было бы того вещества, которое наполняет суть этапной разновидности сознания в форме человека. И поскольку лень, пассивность и желание укрыться в покое для существ начальных миров неустранимы, то именно в этих мирах на материю возлагаются наибольшие насильницкие свойства. Давление плотности на разум возрастает по мере расширения его кругозора. Это также вынужденная мера, предостерегающая разум от свершения действий, не обеспеченных собственной развитостью.³⁴ Далее, на пути восхождения и при накоплении опыта набирает силу такой процесс, как осознание себя 32. Осознание своей значимости даёт возможность исключить из собственного напора на природу поступки, угрожающие миру. Тогда и природе приходится меньше защищаться от неразумного разумника. Внешне такой расклад выглядит как снижение наказательной активности материи на разум. Ослабление роли вещества приводит к сокращению его количества. Так выстраивается закономерность: чем рáзвитие существа, тем меньше они погружены в материю. Практически она становится ненужной уже в объёмно–кваромном междумерье, а в закваромных областях её нет вовсе. Существам, владеющим собой, не требуется принуждение к росту, тем более такое грубое, какое обрушивается на незрелый разум при вступлении в трёхмерье.

Итак, в сторону усложнения от людской материи уходит нематериальность и в сторону упрощения от неё простирается та же нематериальность. Между крайними нематериальностями восседает человек на собственной льдине, которую он считает истинно материальным объектом. Материя исходит из нематериальности, покрасуется некоторой пышностью в середине своего величия и уходит в нематериальность. Напоминает радугу на небе: из горизонта вышла и в горизонт ушла, но о себе заявила сиянием. Но пока всё нематериальное воспринимается человеком как пространство. И это, пожалуй, единственный случай, когда с ним можно согласиться, ибо не может то, чего мало, породить то, чего много. Даже при количественном обилии или изобилии, или засилии так называемых небесных тел, пространства всё же несусветно больше. Оно–то как раз и является колыбелью всего существующего.

Другое дело, что люди не имеют ни малейшего представления о сути такой категории мироздания, как пространство. Но это этапное мировоззренческое состояние. Было время, когда в неизвестности скрывались полюса, глуби океанов, толщи недр, смещения материков, заземельные дали, поведение и жизнь Солнца … По мере развития сознания, имеющего форму человека, его познавательный напор станет всё дальше проникать в область теперешнего скрытого, добывая новое содержание для поумневших сущностей.

Важно лишь понимать неполноту текущих знаний, их условность, относительность и этапность. Важно научиться оценивать границы их применимости, чтобы в этапном уме не взыграл зуд переделывателя, кромсателя и рушителя природы. Познавать не потрясая! Третья особенность мировоззрения людей — это упрощение структуры мира до недопустимого предела, при котором вместо полной метрики из семи пространственных координат рассматривается только две с небольшим довеском третьей с названием высота.