Читаем Разрушитель миров полностью

Он поднял голову. Один его глаз казался непомерно большим из-за вставленной в него лупы. Второй был грязно-карего цвета – такого же, как и густые волосы, откинутые со лба и заплетенные в косу. Когда он выпрямил спину, оказалось, что у него широкие, немного сутулые плечи и крепкое телосложение. При взгляде на него казалось, что он тверд, как стена. Однако его руки были тонкими, изящными и явно весьма умелыми. Его кожа выглядела неестественно бледной, словно он чаще всего проводил светлое время суток, сидя в крипте. «Скорее всего так оно и есть», – подумала Корэйн.

– Не нужно лжи, Сарн. Она слишком хорошо тебе дается, и это меня нервирует, – произнес он, после чего вынул из глаза лупу, привязанную к веревочке, и оставил ее болтаться на груди. Затем он не глядя провел рукой по столу, сметая все разложенные на них бумаги в коробку. Корэйн пыталась рассмотреть хоть что-нибудь, но его движения были слишком быстрыми. – Ты редко приводишь с собой гостей. Особенно таких, – добавил он, с возрастающим любопытством переводя взгляд с Эндри на Дома, а затем на Корэйн и явно оценивая их.

Корэйн отвечала ему тем же. На вид Армонту было не больше двадцати лет. Его кожа, не исчерченная возрастными морщинами, была гладкой, как мрамор, а цветом напоминала молоко, размешенное с медом.

Его помощница – обладательница зеленых глаз – маячила неподалеку. Это была невысокая женщина с копной кучерявых песочно-русых волос. Чарлон кивком отпустил ее, и она скрылась за кирпичной дверью. Помимо расположенного сверху механизма, на створке имелись навесные замки и огромный засов.

«Такое ощущение, что он приготовился к осаде», – подумала Корэйн.

– Настали странные времена, – ответила Сораса, широко раскинув руки. Так же, как и пальцы, ее ладони были покрыты татуировками. На правой виднелось солнце, а на левой – месяц.

Чарлон кивнул и, сняв лупу с груди, уложил ее в пояс для инструментов, стягивавший его широкие бедра. Он был похож на быка. «На очень нервного быка».

– Ты права. В последние месяцы ходят странные слухи.

– Какие, например? – резко спросила Корэйн.

У нее появилось чувство, что она вернулась в Лемарту и слушает, как моряки в таверне делятся между собой историями или как торговцы на рынке пересказывают последние сплетни. Ей хотелось вонзиться зубами в эти глупые россказни и вырвать из них крупицы правды. Раньше ее интересовали упоминания о кораблях, на которых казначеи перевозили валюту. А сейчас она надеялась услышать что-нибудь, что могло бы намекнуть на то, куда Таристан отправится дальше или где он успел побывать. «Какое Веретено будет вскрыто следующим, и какие уже горят? Какие новые опасности маячат на горизонте, поджидая нас, и любого, кто случайно окажется рядом?»

Чарлон перевел на нее взгляд. Корэйн выдержала его с непоколебимой решимостью.

– Бушуют бури, не характерные для этого времени года, – ответил он. – Пропадает связь с некоторыми деревнями. Галлийские войска меняют расположение, но никто не знает, на какую войну они направляются. Корабли садятся на мель, – добавил он, проводя рукой по подбородку. Кончики его пальцев были покрыты тусклыми синими пятнами. «Оставшимися за многие годы работы с чернилами». – Сегодня один такой бедняга с трудом доплыл до нас. Едва не раскололся пополам. А еще, разумеется, не утихает шумиха насчет того, что королева Галланда вышла замуж за какого-то бродягу, у которого нет ни золота, ни дворца.

Корэйн вздрогнула. «Зато у него есть армия».

– Новости доходят до вас с невероятной быстротой, – дрожащим голосом проговорил Эндри. – Кстати говоря, разрешите представиться. Я Эндри Трелланд, – добавил он, протягивая руку.

Видимо, подобная вежливость озадачила Чарлона, и он не подал руки в ответ.

– Рад за вас, – пробормотал он. – Ну, что тут сказать. Мы живем в этом мире и стараемся следить за тем, что в нем происходит. Так ведь, Сарн?

Уголок ее губ дернулся, выдавая улыбку.

– Если вам нужна информация, приезжайте в Адиру.

– И будьте готовы за нее заплатить, – педантично добавил Чарлон. – Итак, что вы хотели? – Он жестом указал на заставленные ниши. – У меня есть свежие печати сискарийских герцогов. А с учетом неразберихи, которая творится сейчас в Рашире, я могу передать вам настоящий синголийский печатный станок. Не очень дешево, зато легко. Сможете напечатать столько раширских купюр, сколько захотите, а потом купить на них золото или землю. Их казначейство не успеет понять, что к чему.